» » Эта упрямая партизанская толерантность

Эта упрямая партизанская толерантность

16 октябрь 2016, Воскресенье
338
0
Эта упрямая партизанская толерантность
Толерантность
— слово нынче модное, настолько, что навязло уже в зубах. Между тем,
наблюдая межнациональные конфликты по периметру Беларуси, невольно
задумываешься над тем, отчего эта небольшая территория до сих пор
остаётся заповедно спокойной, и приходишь к выводу, что толерантность
может служить национальным белорусским брендом наряду с пресловутой
картошкой.


Да,
мы всё ещё не знаем, надолго ли это (хотелось бы, чтоб надолго,
понятное дело), но так или иначе, это уже есть и продолжается, для
данной ситуации, довольно долго. Ведь многие годы и даже века эта земля
была территорией войн. Проходили они на ней весьма брутально, но
население философского настроения не теряло, скорее приобретало его.
Друзья-иностранцы так часто и с таким интересом спрашивали меня об
особенностях белорусского менталитета, что я невольно сам в них
уверовал.
Так закалялась бульба: во время русско-польской войны
1654-1667 гг. знаковый и сегодня город Копысь шесть раз открывал ворота
перед враждующими сторонами поочерёдно, всякий раз встречая
хлебом-солью. Вы тут воюете, а мы тут живём.
Когда совсем уж
припекало, уходили в партизаны, и тогда мало не казалось никому.
Получалось как в известном анекдоте, когда пришёл лесник и всех
разогнал.
Беларусь традиционно, по факту своих истории и географии, оказывалась территорией столкновения двух цивилизаций, двух экспансий — западной и восточной, землёй, где фронтиры сталкиваются, бодаясь.
При этом каждая цивилизация, разумеется, стремилась перекроить
белорусов на свой лад, но это не получалось, и, видимо, уже не
получится. Разве что исчезнет противостояние, а вместе с ним и
цивилизационные различия, которые становятся всё менее заметными и
актуальными —
и здесь Беларусь непременно сыграет свою роль, т.к. на её территории во времена самых жёстких клинчей эти различия сглаживались.
Именно в силу истории своей белорус привык жить вне системы, вне доктрин, таким себе мало-мальски просвещённым дикарём Руссо, идеологическим отшельником без лишнего пафоса.
Споры по поводу этой истории ведутся до сих пор, внутри самой Беларуси в
том числе. Но именно в силу своей природной деидеологизированности
белорусы ведут их менее жарко, чем соседи.
Хотя на самом деле в
каких-то базовых вещах очень трудно их поколебать. Скажем, унию, то
есть переход православных священников в подчинение Папе Римскому,
подписывали в белорусском Бресте. Но сейчас униатов в Беларуси и ста
тысяч не наскребёшь. Не прижилось, и всё. Это при том что в Западной
Украине их несколько миллионов и влиятельнейшая церковь.
На
редкость покладистый в делах непринципиальных, в коренных вопросах
белорус упрям как бык и беспросыпен как медведь. История научила.
Исток своей государственности белорусы видят в Великом княжестве
Литовском, в котором, конечно, белорусский элемент играл, наряду с
украинским и западнорусским, ключевую роль.
И
вот это «наряду» на самом деле тоже крайне важно, надо понимать, что
мифа чисто чванского, замешанного на национальной исключительности,
здесь не построишь. Будет смешно и недостоверно.

Я, например, не раз слышал от белорусских национально озабоченных историков, что документы княжества велись на белорусской мове.
В Украине тамошние национально озабоченные историки не менее горячо
убеждали, что на украинской. Я в конце концов не поленился и нашёл
книжку, факсимильное издание. Стал эти документы смотреть, а там, грубо
говоря, всяческое «иже херувимо», «паки и паки», ну и тому подобное.
То есть общеславянское нечто, с региональным колоритом, а мовы эти, —
обе, конечно, красивые и своеобразные — дела более прикладные и поздние.
И это хорошо, что чванство пока не приживается в общем и целом, хотя
очень многие хотели бы, чтобы оно прижилось. Ну а нормальный позитивный
патриотизм пусть приживается, конечно. С тем количеством предряг, в
которые попадала эта территория, есть чем гордиться, уже то достижение,
что сохранились, — спасибо, как говорится, что живой.
Важный и существенный момент: именно сейчас Беларусь самое продолжительное время живёт наконец без войны. Даст бог, будет жить и дальше.
Да, история Беларуси — достаточно тяжёлая и кровавая, как, впрочем, история любой соседской страны.
Но
есть два позитивных и уникальных момента в национальном восприятии
белорусами этой истории, в национальном восприятии ими самих себя,
которые нужно сохранить во что бы то ни стало:

1. Отсутствие,
в общем и целом, жалости к себе (нас-де тогда-то постреляли, нас
тогда-то порезали, мы самые несчастные и соседями обиженные), как
определяющего национального мифа. Трудно переоценить значение
нормального, позитивного, спокойного, лишённого истерик подхода к той
важнейшей вещи, которой является история страны.
2. Не противопоставление себя соседям, но рассмотрение себя вместе, наряду с соседями, в контексте соседей западных, восточных, северных и южных. Это настолько же важный и
настолько же счастливый и хрупкий момент, подход, сложившийся во многом
стихийно, но исключительно удачно.
Если две этих особенности удастся сохранить (а масса разжигателей и
плакальщиков самых противоположных взглядов работает против этого), то
Беларусь сможет в перспективе претендовать на звание «точки сборки» двух великих цивилизаций, ни много ни мало.
Это позволит идти вперёд и не скулить. Большое дело в современных условиях.
Действительно,
русский и поляк плохо понимают друг друга и плоховато ладят. Белорус
понимает обоих — более того, практически не отличается ни от того, ни от
другого. Следовательно, и эти двое не столь различны меж собой.

Значит, конфликт между ними — рукотворный, а поэтому — преодолимый.
Сегодня
мир идёт к интеграции, кооперации, симбиозу, или, по крайней мере,
заявляет об этом. Раз заявляет — значит, всё-таки имеет в виду.
Беларусь как мост, связующее звено, равноудалённая, вернее, равноприближенная площадка, имеет здесь отличные перспективы.
Именно площадка. 207,6 тысячи квадратных километров равнинной
территории. Основной путь из Европы в Россию и обратно, кратчайший
сухопутный.
Товарищ Жерар Депардье, приезжавший сюда и
восторгавшийся белорусскими пейзанками, сравнил Беларусь со Швейцарией в
её лучшие годы. Возможна ли в принципе Швейцария на данном пространстве, не в пример более конфликтном и разделённом, чем старая Европа?
В любом случае дивиденды от использования Беларуси в качестве
связующего звена должны быть колоссальны именно за счёт существенных
различий связываемых территорий.
Источник
Комментарии:
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
mogilew.net Copyright © 2015-2018