» » Евгений Саржин: «Рабство в генах»

Евгений Саржин: «Рабство в генах»

16 ноябрь 2017, Четверг
621
0
Евгений Саржин: «Рабство в генах»

Помню как-то в высокоинтеллектуальной компании зашла речь о некрасивой, но рядовой ситуации, случившейся в одном городе, и один их присутствующих сказал с усталым и печальным видом: «Ну что, в конце концов, хотеть. Народ столько веков был крепостным, рабство из генов так быстро не уходит». Присутствовавшие сочли нужным состроить соответствующие скорбные мины и покивать – слова так привычно ложились на знакомый с детства паттерн.
Достаточно частая ситуация, которую мне потом не раз случалось наблюдать в кругах, полагающих себя просвещенными и прогрессивными. Самоедская критика своей же истории и менталитета – то, что, видимо, в крови у постсоветской интеллигенции (по крайней мере, в трех восточнославянских государствах).
Впрочем, формы это явление принимает разные – если прогрессивная российская, а где-то и белорусская, интеллигенция с мазохистским упоением смакует «нашу историю рабства и барства», то соседи-украинцы избавляются от этого комплекса нехитрым образом – просто объявили что все, бывшее плохим и несвободным в истории Украины, не их собственное, а пришло из «азиатской Москвы».
Так о чем же все-таки идет речь? Когда задаешь прямой вопрос «на каком временном отрезке наши предки были рабами?», ответ кажется очевидным – крепостничество. Здесь вроде бы спорить не о чем – эта темная страница известна. Запороть дворовую девку на конюшне, выменять верного слугу на борзую, собрать недоимки и уехать кутить на бал – это понятно в своей отвратительности. Страница нашей истории и правда бесславная. Непонятно другое – убежденность столь многих людей, что эта страница была свойственна одной лишь Российской империи, и именно под её сенью крепостничество так крепко «вошло в гены». Убежденность, которой не было бы, если бы повторяющие это люди освоили хотя бы школьную программу.
Страны «второго издания»
Поскольку многим людям действительно приходиться напоминать азы, с них и начнем. Само по себе разделение общества на сословие защитников и сословие кормильцев – выдумка чисто европейская. Называется «феодализм». Строй, который возник в Западной Европе в раннем Средневековье, как раз и породил такое разделение – при этом защитники быстро выродились в паразитов, а кормильцы оказались в полурабском состоянии.
Евгений Саржин: «Рабство в генах»
В Западной Европе этот строй возник очень рано – первыми его прошли Англия и Франция, где зависимые крестьяне («вилланы» и «сервы» соответственно) возникли как сословия уже в IX-X вв. Эти же страны первыми из него и вышли – экономические и иные причины привели к тому, что крепостная зависимость стала сильным тормозом экономики, и, по мере развития товаро-денежных отношений, стала скорее уменьшать, чем увеличивать прибыли аристократии. Тогда личная зависимость крестьян была отменена – окончательно к XV веку.
Евгений Саржин: «Рабство в генах»
Розга надсмотрщика (Англия, миниатюра)
Но в Центральной и Восточной Европе все было совсем иначе. Эти страны отставали в темпах развития от западноевропейских, и феодализм там не везде сформировался в чистом виде одновременно с Западной Европой. Зато в XV-XVI вв. произошел парадоксальный процесс – крестьяне освобождались (сохраняя, впрочем, многие феодальные тяготы) от личной зависимости во Франции, Англии, Испании – но в немецких государствах, славянских, балканских странах началось их активное закрепощение. Процесс, получивший название «второе издание крепостного права». Это «второе издание» было зачастую гораздо суровее средневекового серважа и делало положение крестьян приближенным к рабскому.
В данном случае нет смысла рассматривать его причины, но стоит указать на охват. В течение XV-XVI вв. были закрепощены крестьяне в большинстве немецких государств, в Речи Посполитой, в Дании, в зависимых от Османской империи землях балканских славян, а также румынских государствах – Молдове и Валахии. Особенности крепостного права колебались в разных странах, но общим был его исключительно тяжелый для крестьян характер. Они были намертво прикреплены к земле, лишены всех гражданских прав, жаловаться могли главным образом своему же сеньору. Рост цен на сельскохозяйственную продукцию породил желание феодальной аристократии выжать из своих земель максимум доходов – и барщина росла как снежный ком, доходя в некоторых землях до 5-6 дней в неделю. Кое-где, скажем в Дании или северонемецких государствах (Мекленбурге, Померании), крестьян могли продавать без земли, как самых настоящих рабов.
Кризис сельского хозяйства, построенного на дармовой работе закрепощенных людей, наметился в Центральной Европе только во второй половине XVIII века. Из стран, где крепостной зависимости давно не было, прежде всего, из Франции и Великобритании, тек непрерывный ручеек идей о гражданских свободах и неотъемлемых человеческих правах, да и социально-экономическое отставание становилось все более очевидным. Ну и, конечно, грозным набатом стала Великая французская революция.
Тогда поднялась первая волна освобождения крестьян. Во владениях Габсбургов личная зависимость была отменена в 1781-82 г., в Дании – в 1788 году, в Швейцарии (да-да, она была и там) в 1798-м. Но некоторые, наиболее косные немецкие государства, сохраняли еще до XIX века. Так, в Баварии крепостных освободили только в 1808-м году, а в Ганновере – в 1831-м.
Евгений Саржин: «Рабство в генах»
Даты освобождения крестьян от крепостной зависимости
Здесь следует сделать еще одну важную ремарку – формальная отмена крепостничества еще не обязательно означала, что крестьяне становились в полном смысле слова свободными. Кроме личной зависимости существовала еще и поземельная, множество других феодальных повинностей и тягот. Примером здесь может служить та же империя Габсбургов – формально крестьян объявили свободными в 1781-м году, но при этом они остались в полной экономической зависимости от аристократии, и потому отрабатывать феодальные повинности пришлось аж до революции 1848-го года. Аналогичным образом отмененная личная зависимость не помешала датским крестьянам еще полвека потеть на барщине – в провинции Зеландия её отменили (путем выкупа) только в 1850-м году.
Цифры и мифы
Теперь давайте посмотрим на нашу историю с этой точки зрения. Если брать территорию Речи Посполитой, то в XVI веке это была уже вполне феодальная страна с крепостной зависимостью. Мало того, в Королевстве Польском процесс начался еще в XV веке – Петрковский статут 1496 года по сути закреплял крестьян за одним феодалом, устанавливая почти невыполнимые условия для перемены места жительства. Впоследствии они лишь ужесточались. Крепостная зависимость была частью истории Речи Посполитой все века её существования – вплоть до конца. Попытка освободить крестьян была сделана лишь в ходе преобразований Тадеуша Костюшко и захлебнулась с разгромом его движения. Собственно польских крестьян, по крайней мере в Герцогстве Варшавском, освободили только в 1807-м году.
Евгений Саржин: «Рабство в генах»
Пытка крепостного крестьянина
Отдельной была истории крепостного права в России. На этапе, когда Московское государство становилось Россией, крестьяне несли тяготы в пользу хозяина земли, на которой жили – но были лично свободны. Это было «право Юрьева дня» — месяц в году, когда крестьянин мог, рассчитавшись с феодалом, забрать все свое имущество и уйти от него. Это право действовало весь XVI век, хотя, как и в европейских государствах, аристократия постепенно его ограничивала. В общем, о настоящем крепостничестве можно говорить лишь с 1649-го года – Соборное уложение прикрепило крестьян к земле окончательно. Даже и это уложение, впрочем, еще оставляло за ними определенные права – скажем, запрещалось продавать крестьян без земли. Полностью закончил процесс перевода крестьян в состояние, близкое к рабскому, великий реформатор Петр Первый.
Парадокса здесь нет – известно, какое впечатление на Петра произвела просвещенная Европа, в частности немецкие государства, Нидерланды, Дания. Однако во всех этих государствах крепостничество как раз таки существовало в то время. Поскольку немецкий дворянин мог ездить (и ездил) на горбе немецкого крестьянина, Петр податной реформой в точности так же посадил российского дворянина на горб к российскому мужику, лишив того последних прав. Дальнейшее известно.
Евгений Саржин: «Рабство в генах»
Продажа дворовой девушки на картине художника Николая Неврева «Торг. Сцена из крепостного быта. Из недавнего прошлого», 1866 г.
Завершить обзор стоит Украиной. После восстания Богдана Хмельницкого крепостничество исчезло в её Левобережной части – то есть той, которая отошла под «протекцию» московских царей. В той части Украины, которая оставалась под Речью Посполитой, как мы уже видели, оно никуда не делось. Тем не менее, процесс закрепощения крестьян начался повторно. Завершился он в 1783-м году прикреплением левобережных крестьян к земле. Тем из современных украинских националистов, которые считают, что это российский ветер задул к ним «рабство», могу посоветовать только работы выдающегося украинского историка XIX века Александра Лазаревского. Он много лет тщательно изучал процесс закрепощения украинских крестьян, придя к однозначному выводу – инициатором и главным двигателем этого процесса был его прямой выгодополучатель – украинская казацкая старшина, плавно эволюционировавшая в феодальное дворянство.
Что в итоге?
Рабство и крепостничество – черные страницы в истории всего человечества, а не какой-то одной страны. Лишь очень немногие страны (например, Норвегия) сумели в принципе избежать такого периода. Если отвлечься от Европы, то окажется, что это вообще не дела седых дней – например, в Бутане крепостная зависимость просуществовала до 1952 года, на Тибете до 1959-го. В Южной Америке до XX века существовала система пеонажа, которая, не будучи крепостничеством формально, зачастую мало от него отличалась. Наконец самым мрачным континентом здесь была, а частично все еще и остается Африка. Последней страной в Африке и мире, формально отменившей рабство, была Мавритания – и случилось это только в 1981-м году. Впрочем, по данным международных наблюдателей, скрытое рабство продолжает существовать там и по сей день.
Эта статья – не иезуитская попытка выдать черное за белое. Крепостничество в нашей истории существовало, и было мрачной страницей, которой никак нельзя гордиться. Но чего также не стоит делать – так это посыпать голову пеплом забывая, что такой период был в истории большинства стран, причем в некоторых случаях хронологически мало отличался от нашего. Вы когда-нибудь видели поляка или немца, убивающегося по поводу веков крепостничества, барщины и «генетического рабства», которые они вызвали? То-то и оно. Я тоже не видел…
Евгений Саржин, историк
ТЕЛЕСКОП
Комментарии:
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
mogilew.net Copyright © 2015-2018