COVID-19, бесплодие, обязательная вакцинация. Интервью главы Минздрава РФ

Самые уязвимые органы при коронавирусе – легкие и сердце. Как долго будут сказываться последствия болезни? В чем суть реабилитации? Об этом, а также об испытаниях вакцины в интервью телеканалу «Россия 24» рассказал министр здравоохранения Михаил Мурашко.

— Михаил Альбертович, в мае сообщалось о том, что в России ведется разработка 47 вакцин на 14 платформах. Сейчас эти цифры как-то изменились?

— Те, которые сегодня показали себя уже как перспективные кандидаты, – это 17 вакцин, и над ними более углубленно ведется работа. Думаю, что до промышленного производства, конечно, дойдет чуть меньше. Но мы рассчитываем, что не менее 3-4 вакцин будет доступно на территории Российской Федерации.

— Как проходят исследования на людях? Планировали завершить в конце июля. Есть ли уже какие-то даты, может быть?

— Все клинические исследования на добровольцах идут в штатном режиме. Сегодня вакцина испытывается на двух площадках. Это две формы: одна – жидкая форма и одна – лиофилизированная, высушенная. И та, и другая показывают себя одинаково в испытаниях, и мы видим, что добровольцы переносят ее неплохо. Финальные результаты можно будет озвучить, конечно, когда все будет завершено и подведены статистические итоги, в том числе лабораторные, и так далее.

— Будет ли вакцинация обязательной для всех, кто не переболел COVID-19?

— В целом у нас вакцинация в любом случае идет только с согласия самого гражданина. Мы видим, что сегодня интерес к вакцине достаточно высокий, потому что люди уже сегодня сознали всю значимость вакцинации. Причем я хочу сказать, что за этот период увеличилось число сторонников вакцинации. В том числе мы видим, что и те, кто вакцинировался раньше, и те, кто не вакцинировался от гриппа, – сегодня количество желающих привиться перед началом эпидсезона достаточно высоко. В 2019 году мы провакцинировали 47 процентов населения, в этом году мы ожидаем цифры не меньше. И еще одно направление – это вакцинация против пневмококка. К заболеваниям, вызванным этим возбудителем, тоже повысился интерес, и у нас часть входит в календари для детского населения и для людей старшего возраста, находящихся в учреждениях социальной защиты. Но мы видим, что сегодня и трудоспособное население за счет собственных средств стало обращаться в медицинские организации для вакцинации против пневмококковой инфекции. И медицинским организациям, конечно, нужно в первую очередь удовлетворить эту потребность и иметь в наличии пневмококковую вакцину, чтобы за личные средства граждане могли обратиться и получить эту вакцину. Это тоже повышает защитные свойства и в том числе профилактирует от внебольничной пневмонии определенных типов и значительно снижает риски заражения, в том числе и осложнения при других типах инфекции.

— Западные эксперты говорят о том, что последствия коронавируса могут еще долго, чуть ли не всю жизнь сказываться на организме человека. Что в России известно об том?

— Мы видим, что те, кто перенес коронавирусную инфекцию, особенно в тяжелой форме, конечно же, нуждаются в реабилитации. И, если сначала мы работали и выпускали методические рекомендации по лечению, то сегодня новый вызов и блок – это реабилитация пациентов, перенесших коронавирусную инфекцию. Мы видим, что наиболее уязвимые органы и системы – это легкие. А вторая значимая проблема, которая тоже требует помощи медицинского работника, – это поражение сердца, в частности миокардиты у переболевших людей. И требуется в том числе наблюдение, кому-то – реабилитационные мероприятия. Это становится сегодня важной компонентой по возвращению к нормальной жизни для пациентов.

— То есть человек переболевший уже не сможет так сразу же заниматься спортом, например, как до болезни?

— Компенсаторные возможности легких сердечно-сосудистой системы достаточно велики, поэтому помочь, конечно, необходимо для того, чтобы вернуться к привычному образу жизни. Понятно, что большие физические нагрузки на начальных этапах недоступны, поскольку и определенное истощение организма, плюс перенесенное заболевание, поражение легких не позволяет восстановить полный функционал и жизненную емкость легких. Но мы видим, что рекомендации врачей, которые сегодня получают пациенты, позволяют быстрее восстановиться. Понятно, что те ситуации, когда происходит снижение парциального давления кислорода (это те, кто увлекается туризмом или авиационные перелеты нужны, когда меняется давление), конечно, в этой ситуации для этих пациентов нужно соблюдать определенный ограничительный режим, такой охранительный режим.

— Есть информация о том, что коронавирус ведет к бесплодию, особенно у мужчин. Это правда или миф?

— Таких данных впрямую, что ведет к бесплодию, на сегодня нет. Появились отдельные публикации, что во время заболевания коронавирусной инфекцией выявляются возбудители и возникают воспалительные заболевания. Но сегодня это только первые такие исследования, часть из них уже отозвали свои материалы для доработки. Поэтому мы наблюдаем это. И специалисты репродуктологи, акушеры-гинекологи, андрологи внимательно следят за развитием этой ситуации, и наши федеральные центры в том числе.

— Многие россияне сейчас направляются на Черноморское побережье, в Краснодарский край, в Крым. Насколько системы здравоохранения этих регионов готовы к приему большого числа туристов, особенно с учетом того, что кто-то из них может завезти вирус?

— Для регионов, которые вовлечены в туристический поток, были изданы и рекомендации Роспотребнадзора, и рекомендации Министерства здравоохранения. По рассчитанному туристическому потоку одна койка на 1 тысячу человек приезжающих туристов запланированы под резерв в тех регионах, которые принимают туристов со всей страны. И, конечно же, готовность этих учреждений уже полностью соответствует тем требованиям, которые были установлены министерством ранее. Мы в том числе отслеживаем заполненность этих коек. Сегодня их наполняемость не превышает 30-40 процентов, поэтому мы видим, что ситуация стабильная. Но хотелось бы все-таки напомнить о том, что, когда человек находится в отпуске, это не значит, что можно полностью забыть про все ограничения и предупреждения. Соблюдение санитарно-эпидемиологического режима, соблюдение гигиены, личной гигиены, в том числе обработка рук, в том числе ношение масок там, где есть скопление людей, просто необходимы. Мы все-таки имеем сегодня уровень заболеваемости, хотя и управляемый, но он есть. И в стране сегодня на больничных койках находятся 112 тысяч человек. Поэтому помнить о личной безопасности и гигиене просто необходимо.

— Насколько регионы сейчас обеспечены необходимым оборудованием для профилактики и лечения коронавируса? Ведь были сообщения о проблемах, например, в Свердловской области.

— В Свердловской области развернуто более 6 тысяч коек. И регион в целом сегодня имеет заполняемость на уровне 90 процентов (это достаточно высокий уровень). И для того, чтобы помочь коллегам в первую очередь… Там нет дефицита как самих по себе коек и оборудования, есть возможности наращивания потенциала, но мы видим, что регионы требуют помощи именно организационно-методической. По работе скорой помощи, по госпитализации, по направлению потоков, скажем, на лабораторные исследования, на компьютерную томографию. И в Свердловской области в том числе работали федеральные специалисты, в том числе представители надзорного ведомства – Росздравнадзора. И мы привлекали высококлассных экспертов из «Росатома», чтобы они помогли именно внедрению таких бережливых технологий, которые позволяют оптимизировать затраты здравоохранения и получить максимальный эффект в виде маршрутизации пациентов, более эргономичного формата работы самих медицинских работников, приемных покоев и так далее. Сегодня эта работа продолжается, наши специалисты работают в том числе и в Санкт-Петербурге, Камчатке, завершается работа в Тыве и ряде других регионов. Это сегодня нормальный формат взаимодействия федерального министерства и регионов для того, чтобы именно… Мы уже как-то говорили с вами, чтобы поставить технологию «на крыло», так, чтобы специалисты, опытные специалисты, прошедшие уже эту школу, помогли тем, кто только вовлечен в этот процесс. На наш взгляд, это получается хорошо, и это нужно продолжать обязательно.

— Что будет со всеми этими больницами, которые были построены? Ведь когда-то коронавирус, я надеюсь, все-таки закончится, эпидемия сойдет на нет. Не будут ли они простаивать, как стадионы по всей стране сейчас?

— Больничная сеть, которая формируется в том числе, однозначно будет использоваться для оказания помощи. Внебольничная пневмония существует как заболевание, независимо от коронавирусной инфекции. И, конечно же, маршрутизация пациентов – это новый формат работы для медицинских организаций. И эти учреждения однозначно будут востребованы для оказания помощи в период и подъема заболеваемости гриппом, ОРВИ. Зимний период всегда накладывает определенные обязательства на сеть, и как раз для того, чтобы вывести эту категорию пациентов из больниц общего профиля, они будут крайне необходимы. И то, что мы сегодня видим, мы отработали те технологии, которые позволяют максимально сберечь жизнь и здоровье граждан. Поэтому то, что эти больницы будут востребованы, и не только для заболеваний легочной ткани, в том числе и другие инфекционные заболевания, характерные для летнего периода. Пациенты с этими заболеваниями также будут госпитализироваться в эти новые учреждения. Мы не видим проблем, что эти больницы окажутся не у дел. Они однозначно будут заполнены и будут участвовать в оказании медицинской помощи.

— У наших медиков не стояло выбора, кому дать аппарат ИВЛ, кому – нет. Вроде бы, всем всего хватало. Почему наша система здравоохранения прошла эту эпидемию лучше, чем многие другие страны? Хотя нельзя нашу систему здравоохранения назвать флагманом в мире.

— Ну, почему же нельзя? Назовите.

— Ну, медицинский туризм, например, не развит в нашу страну. Если кто хочет лечиться, то едет обычно на Запад. Если какие-то сложные операции.

— Я бы не сказал, что у нас поток только в одну сторону работает. Сегодня медицинский туризм работает в обе стороны – и в Российскую Федерацию, и за пределы Российской Федерации. И мы знаем, что есть такие учреждения, которые являются международными лидерами. И здесь стоит, наверное, привести такой пример, что сегодня наших специалистов… Просто каждый день мы получаем обращения от ряда стран, которые просят направить наших специалистов для оказания как методической, так и практической помощи. И мы идем навстречу. Сегодня специалисты уже работали в Италии, из Кыргызстана вернулись, сейчас работают в Казахстане. Планируется выезд в Азербайджан. Поэтому, конечно же, нашим, особенно близким, друзьям мы, безусловно, оказываем всестороннюю помощь. И хочу сказать, что именно для популяризации возможностей отечественной медицины сегодня как раз самый удобный момент. Потому что часто мы умеем работать, но не умеем это показать. И сегодня становится очевидным всему миру, что возможности колоссальные.

Почему у нас не возникло дефицита по реанимационным койкам? Во-первых, мы подготовились, у нас было достаточное количество реанимационных палат, полностью оборудованных. Сегодня более 25 тысяч коек развернуто по стране. Максимальная загрузка в пиковые нагрузки составляла в пределах 15-18 процентов. Потому что была выстроена маршрутизация больных, своевременное начало лечения и плюс те технологии, которые использовались на догоспитальном этапе и при поступлении. Но очень важно, конечно, когда поступает пациент, – там, где пациент поступает поздно, то есть когда уже развилось массивное поражение легочной ткани или когда возникли тромбофилические осложнения, тромбоэмболические осложнения, то в этой ситуации, конечно же, эффективность оказания помощи снижается. И мы всегда напоминаем пациентам, что именно следование рекомендациям врача, своевременное обращение. И мы говорим, что от начала заболевания, если в течение трех суток сохраняется высокая температура, ухудшение состояния, то напоминаем и медикам, и пациентам, в этой ситуации госпитализация необходима. Именно когда вовремя, точно и в нужном месте, эффект от лечения и результаты, конечно же, лучше.

— А какие недостатки нашей системы здравоохранения выявила эта эпидемия?

— Есть несколько направлений, по которым нам потребуется совершенствование. Во-первых, это лабораторная база, которая должна быть четко отформатирована в формате требований и оснащения. И плюс технологии, которые должны быть доступны в регионах и медицинских организациях. Это один из моментов.

Второе – мы совершенно четко поняли и своевременно подготовились. Огромное преимущество мы видим сегодня, когда из других стран получаем новости от наших коллег и наших специалистов. Это именно переформатирование требований к инфекционным койкам. Никогда раньше не предъявлялось требований, что, скажем, 70 процентов коек должно быть оснащено кислородом. И наши друзья, мои коллеги, когда выезжали в другие регионы, в первую очередь говорили, насколько своевременно и грамотно вся страна перестроилась именно по доступности кислородотерапии, реанимационной защиты. Это совершенно иной формат требований, он уже частично пройден. Но мы понимаем, что в том числе и стационарная сеть должна быть пересмотрена. Мы сегодня работаем над программой по модернизации инфекционной службы и инфекционной помощи. Очень важным является в том числе информационная технология. Управление ситуацией – это в том числе сбор информации, это оценка состояния пациентов, в каком они поступают, это резервы, которые у нас свободны, и где требуется усиление. Или там, где мы чувствуем себя спокойно, потому что коечная сеть позволяет иметь возможности для большего числа госпитализаций. В том числе сбор данных об эффективности лечения. Сегодня жизнь показала, что информационные технологии – это просто необходимая составляющая лечебного процесса. Причем эта информация должна максимально собираться из одного источника, чтобы не перегружать медицинскую систему и не перегружать медицинских работников и коллег, которые работают вместе с ними. То есть первичные данные должны поступать в одну систему, а дальше к ней могут получить доступ все остальные органы исполнительной власти или те, кто управляет ситуацией. То есть не перегружать лишней работой, но при этом формировать качественный и хороший онлайн-ресурс.

— Вы говорили, что наработка иммунитета у всех проходит по-разному. Означает ли это, что у кого-то может и вовсе не быть антител к коронавирусу?

— Мы видим, что, действительно, в зависимости от иммунной системы разные люди по-разному прореагировали. Те, которые переболели тяжело, у них иммунитет сформировался более стойкий (и высокий уровень иммуноглобулинов чаще всего, и мы оцениваем клеточный иммунитет), хорошо отреагировал. А у тех, кто перенес заболевание бессимптомно, мы видим, что да, иммунный ответ был слабее, а защитные силы – ниже. Но сказать, что у тех, кто перенес коронавирусную инфекцию, абсолютно никак не прореагировала иммунная система, пока таких данных у нас не было.

— Насколько безопасно сейчас ходить в полклиники и в больницы? Ведь многие откладывали эти визиты? Есть рекомендации Минздрава о диспансеризации, о профосмотре. Какие меры предосторожности надо соблюдать сегодня при походе к врачу?

— В медицинские организации обращаться необходимо, особенно тем пациентам, которые имеют хронические заболевания. У них есть планы визитов и планы лечения. А медицинская организация должна разделить потоки. Это предусмотрено в документах Минздрава. То есть пациенты с подозрением должны обращаться через отдельный вход или обслуживаться на дому. Те же пациенты, которые обращаются в медицинскую организацию, должны соблюдать общие правила ношения маски, использования перчаток. И медицинский персонал также организовывает медицинскую помощь с соблюдением правил безопасности для пациента. И хочу в том числе для пациентов дать один совет: если возникает какая-то острая ситуация, возникает болевой синдром, обращаться в медицинскую организацию просто крайне необходимо. Своевременная помощь спасает жизнь. Медицинские организации сегодня сориентированы на это. Ни в коем случае нельзя откладывать визит при возникновении жалоб, новых жалоб или когда есть планы получения медикаментозной терапии или плановой хирургической помощи. Мы считаем, что это просто архиважно для каждого пациента, и медицинские работники должны обеспечить эту помощь.

Источник

Источник