Пророссийских публицистов судят в Минске: 26.12.2017 день шестой


16:15 — Суд прерывает прокурора. Заседание на сегодня окончено, продолжение — завтра, 27 декабря, в 10:00.

15:59 — Прокурор зачитывает переписку с редакторами изданий, с которыми сотрудничал Павловец.

15:44 — «Я всего лишь пишу, что белорусизация стала инструментом в политической борьбе, не более того», — комментирует Павловец.

15:40 — «Вышиванка существовала, существует и будет существовать, но ей придали политический контекст, как на Украине» (Павловец комментирует свою цитату о вышиванке). Причем он отмечает, что «дни вышиванки» начали проводиться с 2014 года. И на этих мероприятиях появляются портреты коллаборационистов, к которым пока что официальная историография относится негативно, сказал публицист.

15:38 — «Я нормально отношусь к тому, что в Белоруссии кругом таблички на белорусском языке, но есть одна большая проблема — в Белоруссии двуязычие, и оно предполагает, что другой язык не должен быть ущемлён». Это, по словам Павловца, касается как русского, так и белорусского языка. И именно это он имет в виду, указывая, что названия были перевелены на белорусский.

15:35 — По словам Павловца, он как преподаватель вуза может утверждать, что среди молодежи растут идеи литвинизма, сторонники которого, в том числе, рассматривают возможность отказа от того, чтобы называться белорусами.

15:27 — «То, что большинство в Белоруссии поддержало в 2014 году Новороссию — общеизвестный факт, о котором говорит даже президент» (Павловец о цитате из своей статьи).

15:24 — «Как преподаватель вуза я могу сказать, что понятие о Великой Отечественной войне с каждым годом всё больше сходит на нет», — заявил Павловец, комментируя слова из своей статьи, касающиеся замены георгиевской ленты на красно-зелёную.

15:22 — В статье для «Регнума» Павловец пишет, что «в первой половине 2010 г. в стране прошел ряд увольнений пророссийски настроенных чиновников и преподавателей из вузов, в 2012 г. на государственном уровне фактически был отменен термин „Отечественная война 1812 г.“». Данные фактвы сегодня во время допроса подтвердил историк Александр Гронский, сказав, что они соответствуют действительности.

15:18 — Павловец, комментируя одну из своих цитат, напомнил, что в советской историографии не было разделения победы в Великой Отечественной по национальному признаку. Шла речь о победе советского народа. По его словам, считалось, что люди воевали за советскую Родину, за Советский Союз, а не отдельно за Россию, Украину, Белоруссию или иную республику. «По какой- то непонятной для меня причине в нашем музее представлена только история Великой Отечественной войны на территории Белоруссии. Разве белорусы не сражались на фронтах современной России? Почему мы это выбросили из своей истории? Я не знаю, специально это сделали, или не специально, но не отразить этот факт я не могу», — сказал Юрий Павловец.

15:05 — «Фактически я сижу за критику белорусско-российских политических отношений, а не этнических» (Павловец). Россия в рассматриваемое в статье время, по его словам, также использовала шантаж, как и Белоруссия. «Это нормальные политические игрища», — констатировал Павловец.

15:02 — «Всё, что я прочитал, не относится к белорусам как к нации, прочитанное относится к политическому руководству» (Павловец).

14:57 — «Для меня странно, что филологи назвали мертвым язык, на котором говорят 150?200?000 человек» (Павловец). «Мертвый язык» — выражение белорусских госэкспертов, употребленное в экспертизе. Такой вывод они сделали из замечания Павловца о том, что белорусским языком пользуется 1,5?2% белорусов.

14:40 — «В связи с этим в 1995 году в республике был проведен референдум, где была предложена новая государственная символика, а также курс на союз с Россией и введение русского языка как второго государственного. Оказалось, что белорусы по-прежнему находились в глубокой ностальгии по советским временам, и план Александра Лукашенко удался — все его инициативы были поддержаны, а местные националисты оказались в меньшинстве. Это исторический факт, и ничего большего в нем нет».

14:36 — «До 91 года у нас была историография одного порядка, затем у нас появилась историография иного порядка». Павловец поясняет, что констатирует факт и даже не добавляет своей трактовки.

14:33 — Павловец зачитывает текст своей трилогии, давая пояснения, что он имеет в виду в том или ином абзаце.

14:24 — Адвокат Кристина Марчук предлагает заслушать показания Юрия Павловца по поводу его трилогии о белорусской идентичности, опубликованной агентством «Регнум». Суд согласился с её предложением.

14:12 — Понятая, присутствовавшая при аресте Дмитрия Алимкина, рассказывает, что обыск начался со шкафчиков — документы, ноутбуки, но что конкретно там было, она не помнит. Пояснял ли Алимкин что-нибудь по документам или электронным средствам? Понятая отвечает, что его сразу увели, а супруга ничего не поясняла ни по изымаемым документам, ни по технике.

14:05 — Начинается допрос понятных.
Фото: Кристина Мельникова/EADaily.

12:40 — В заседании суда объявлен перерыв до 14:00.

12:38 — «Как ваша дочь распорядилась средствами?» — «Вначале купила битую маленькую машину, чтобы научиться ездить, а потом купила себе нормальную машину».

12:31 — Отец жены Павловца сообщил, что следствие арестовало её машину, которую он ей ранее подарил. По его словам, когда умерла жена, он продал квартиру и отдал дочери деньги на машину. «У меня есть акт купли-продажи квартиры. Если дойдет до конфискации, то я хочу, чтобы учли, что машина, которую арестовали при следствии, подарена мной».

12:26 — Валерий Прима изъявил желание вначале охарактеризовать подсудимого. Но суд попросил его сперва ответить на вопросы прокурора. Первый вопрос: занимался ли ваш зять публицистикой? — «Я не интересуюсь политикой, и никогда не читал. Я ознакомился с его статьями, когда его арестовали. Я знаю, что он ученый, преподавал в институте, возможно, занимался научной деятельностью». — «Вы забирали когда-нибудь в отделениях банка какие-либо денежные переводы?» — «Я такого не помню».

12:29 — Прима перешел к характеристикам. «В 2009 году в семье случилась беда, у жены онкология. Благодаря Юрию мы в Минске попали в хорошую больницу. Говорили, что нужны более эффективные лекарства. Дети помогали нам, давали деньги и даже занимали их, хотя сами жили в Минске на съёмной квартире с маленьким ребенком. Два года вместе боролись за жизнь жены.

12:24 — Вызывается Валерий Прима, отец Любови Павловец (супруги Юрия).

12:23 — Вы наблюдали какую-нибудь негативную реакцию в РФ и РБ на мою статью? — Негативных не слышал. — То есть негативных последствий вы не знаете, кроме тех, что мы сидим здесь?

12:21 — Вы что-нибудь знаете о терминах «нормальная нация» и «нормальный народ» (фигурировали в государственной экспертизе — EADaily)? — Нет таких терминов (Гронский).

12:19 — Можно ли говорить о том, что в Белоруссии происходит вытеснение русского языка? (Павловец) — Судя по замене табличек в метро, об этом можно говорить, полагает Гронский.

12:15 — Вопрос Юрия Павловца: Вам известно что-нибудь об увольнении пророссийских должностных лиц в Белоруссии? Гронский говорит, что такие случаи есть, причем с точки зрения оппозиционных ресурсов это были именно увольнения пророссийских деятелей. — Можно ли назвать дистанцированием от России такие действия, как отмена термина «Отечественная война 1812 года», отмена георгиевской ленточки? — Я считаю, что можно. — Как по-вашему, георгиевская ленточка является символом единения двух народов, общего советского прошлого? — Она является символом единения всех людей, борющихся в фашизмом, она использовалась и в США, и в Германии.

12:13 — Как вышиванка в Белоруссии появилась в качестве политического символа, спрашивает Шиптенко. Кто ввёл её в политический символический оборот? — Пожалуй, это 2014 год, когда это сделала изначально политизированная оппозиционная группа, а потом Белорусский республиканский союз молодёжи. Вышиванка в это время стала политизированным символом.

12:10 — «Гражданин оскорблённый, если я его правильно понял, утверждает, что нацисты — это потомки полицаев. Кто такие нацисты?» (Шиптенко) — Нацисты — это последоватли национал-социалистической идеологии (Гронский). — С научной точки зрения можно ли сказать, что полицаи и нацисты — это одно и то же? — Если только отчасти, то есть если полицаи являются последователями нацистской идеологии.

12:07 — Интересно мнение ученого: мы с вами ранее слышали мнение гражданина свидетеля обвинения, и он считает что его сильно оскорбили некоторые моменты. Если кто-то из граждан какого-либо государства оскорбился, прочитав чью-то публикацию, он сразу же пишет донос в полицию или прокуратуру, и автора публикации закрывают на Володарку? Насколько такая практика распросранена, спрашивает Сергей Шиптенко. Он также интересуется, насколько в той же Европе распространен «диалог через клетку».

12:05 — Вопрос Сергея Шиптенко: вы сказали, что понятие нации стало шире распространяться со второй полиовины XIX века, и что оно имело различную смысловую нагрузку. Можно ли говорить об оскорблении нации, если сам термин «нация» неочевиден для всех? — С моей точки зрения говорить об «оскорблении» некорректно, отвечает Гронский и поясняет почему.

12:01 — Вопрос Дмитрия Алимкина: Нам предписывают на 9 мая носить красно-зеленую ленточку. Когда это появилось? — Флаг БССР таких цветов появился в 1951 году. —  А война когда закончилась? — Немного раньше.

11:59 — Советская идентичность до сих пор остается значимой, особенно для лиц, состоящих в смешанных браках, констатирует Гронский, ссылась на данные социсследований.

11:56 — Вам известно, что в Белоруссии есть такое явление, как литвинизм? (Адвокат Марчук) — Это очень размытое влияние десятка групп, которые считают себя литвинами. Они считают понятие «белорус» оккупационным и предлагают перейти на термин «литвин» (Гронский).

11:54 — Вы заявляли об эмоцинальности статей Алимкина. Есть ли там, на ваш взгляд, признаки «разжигания»? (Адвокат)  — Кроме эмоций, там нет ни оскорблений, ни экстремизма (Гронский).

11:53 — Были ли со стороны Шиптенко высказывания, направленные на разжигание розни? — Никогда не слышал (Гронский).

11:51 — Осуществлял ли Шиптенко общественно-полезную деятельность с учётом его возможностей и образования? — Он активно участвовал в мероприятиях, посвящённых интеграционным процесам.

11:49 — Что такое белорусизация как явление? Имело ли оно место в истории? Несет ли оно в себе какое-либо оскорбительное содержание? —  Как явление она наблюдалась дважды: официально в 1920-е годы, когда она имело такое название, и не так явно в 1990-е годы. Это вызывало неоднозначную реакцию у населения (Гронский).

11:48 — Слово «политоним» может иметь обидный смысл? — Политоним — это обозначение гражданской принадлежности, подданства.

11:46 — Атрибутом чьей одежды были слуцкие пояса? — Шляхтичей. — Кем они были по национальности? — Их самосознание было польским.

11:36 — Беспокойство о том, что в учебниках истории содержится скрытая антироссийская риторика — это не беспочвенные опасения, отмечает Гронский. И зачитывает в подтверждение своих слов цитату из учебника.

11:34 — У вас были претензии к тому, что подготовил Павловец в рамках вашей совместной работы? —  спрашивает Кристина Марчук. — Абсолютно нет. — Вы давно знаете Павловца. Придерживался ли он экстремистских взглядов? — Нет.

11:30 — Можете ли вы как историк сказать, как формировался белорусский национальный орнамент? — Один из древнейших орнаментов возник в эпоху палеолита, когда еще о нельзя было говорить о каких-либо славянах. Ромб обозначает или поле, или растение, или женщину — всё, что связано с воспроизводством. Что касается его распространённости, то распространён он был повсеместно, в том числе и на русском севере. — То есть его нельзя назвать исключительно белорусским? — Если посмотреть на народные вышивки, то его много где можно найти.

11:28 — Насколько некорректно именование Радзивиллов «ничем не примечательными местными феодалами»? — Их вполне можно назвать малоизвестными в европейском контексте. — С точки зрения национальности кем они были? — Они были уверены в том, что они поляки.

11:25 — Есть ли единое мнение о том, на какой территории находилось Великое княжество Литовское? (Адвокат). — Белоруские и украинские территории, Литва, часть Польши, Латвия и большой кусок нынешней России. Язык, употреблявшийся в ВКЛ, научно называется западно-русским (Гронский).

11:23 — В ответ на вопрос о годах возникновения белорусской государственности Гронский заявил, что это произошло при создании БССР. «Что касается более ранних периодов, то Полоцкое и Литовское княжества, а также Речь Посполитая, были государствами, сформированными по признаку вассалитета — в них не было никаких признаков национального государства.

11:17 — К вопросам перешла адвокат Шиптенко Мария Игнатенко. У вас есть научная степень?- Кандидат исторических наук. — Вы знакомились с публикациями Павловца и Шиптенко? — Когда они стало появляться в интернете и начали указываться публикации, я их перечитал.- Вы заметили в текстах Шиптенко какую-либо историческую неправду? Я не замечал фальсификаций в части истории. — Скажите как историк, Ефросинью Полоцкую можно назвать белорусской святой? — Гронский отвечает, что в начале она была почитаема только в Полоцке, и уже позже, при Николае II, она стала общерусской святой. Адвокат спрашивает Гронского, о таких персоналиях как Тадеуш Костюшко — является ли он белорусским историческим деятелем. Гронский отвечает, что Костшко выступал за присоединение к Польше, поэтому считать его белорусским деятелем некорректно. И рассказывает об остальных персоналиях. — На каком языке писал Адам Мицкевич? Может, у него есть какие-то неизвестные произведения на белорусском? —  Мицкевич писал на польском.

11:13 — Такой же вопрос о Шиптенко. С Шиптенко знаком с первого курса, отвечает Гронский. После окончания курса у нас остались хорошие отношения, и я несколько раз печатался в «Новой экономике». Личные качества — доброта, отзывы — только положительные.

11:10 — Просят рассказать, как он может охарактеризовать Павловца. Как человек достаточно прямолинейный, как ученый, тот писал серьезные тексты по югославской проблематике, отвечает Гронский. Когда мы вместе работали на кафедре гуманитарных дисциплин, Павловец проявлял работоспособность. Никаких проблем не возникало, на кафедре никаких претензий к нему не было.

11:06 — С кем вы контактировали по поводу публикования статей на информационном агентстве «Регнум»? (Прокурор). — Шиптенко просил дать комментарии. — К чему? — К текущим событиям. — Ваши комментарии опубликовывались? За них денеждные средства предоставляли? — Нет, комментарии и интервью публикуются без какой-либо оплаты. —  Были ли иные лица, с которыми вы контактировали? Знакомы ли вы Баранчиком? — Знаком, но когда тот уехал из Минска, контакты прервались. — Предлагал ли вам кто-либо из обвиняемых стать автором информагенства? — Нет.

11:05 — По словам Гронского, он частично использовал собранный материал в других публикациях. Фразу и куски из текста Павловца он не использовал при этом.

11:00 — Гронский сообщает, что знаком с Шиптенко и Павловцом. Прокурор, спрашивает, поддерживали ли они отношения. Также интересуется известно ли ему, «занимались ли подсудимые публицистикой».
Вы сами публиковались, готовили ли материалы? (Прокурор) — Давал интервью, для EADaily, для «Регнума» (Гронский). — Готовили ли вы совместно какие-то статьи? — Мы с Павловцом готовили статью для Фонда стратегической культуры, она должна была публиковаться в научном сборнике. — О чем была работа? — О белорусской истории и идентичности.

10:59 — Допрос Рабенка закончился. Вызывается следующий свидетель — канидидат исторических наук Александр Гронский.

10:48 — Вы знаете что такое исторический миф? —  спрашивает Павловец. Если мы назовем некоторые явления или взгляд какой-либо социальной группы историческим мифом, оскорбим ли мы этим историю Белоруссии? Например, исторический миф о постоянной агрессии России — является ли существование такого мифа отрицанием истории Белоруссии? Рабенок отвечает, что приведенные Павловцом примеры не оскорбляют его.

10:43 — Вопрос Юрия Павловца: Правильно ли я понимаю, что вы никаких других статей не читали? —  Я не читал ваши статьи, отвечает Рабенок. Павловец зачитал цитату из своей статьи и спросил, оскорбляет ли она его. Тот ответил что в этой фразе его ничего не оскорбляет. Я прошу Высокий суд обратить внимание на это и посмотреть, что мне по поводу этой фразы написали эксперты, говорит Павловец.

10:35 — Вы говорили, что у вас дед воевал, а на чьей стороне он воевал? — спрашивает Шиптенко. — На стороне Красной Армии, отвечает Рабенок.

10:34 — Вы считаете, что белорусская нация обижена. Чтобы мы вас правильно понимали, дайте определение нации, обращается к Рабенку Шиптенко. Тот разъясняет, что в его понимании является нацией, уточняя, что он не специалист. Давайте мы не будем устраивать дискуссии, выясняя степень знания свидетеля в той или иной сфере, требует судья.

10:32 — Желание задать Рабенку вопросы высказал Сергей Шиптенко.

10:25 — Вопрос задаёт Дмитрий Алимкин. Свидетель — это человек, которому известно по делу то, что не известно другим, отмечает он. Рабенок отвечает, что его вызвали в суд, поэтому он и пришел. Вы же оппозиционер, не совестно ли вам выступать на одной стороне с властью, спрашивает Алимкин. Он пытается выяснить, изменилось ли у Рабенка мнение о России после прочтения статьи, то есть привела ли она к каким-либо последствиям. Образовалась ли в вас национальная рознь? Национальная, а не личная ко мне, спрашивает Алимкин. Рабенок отвечает, что может говорить только о себе. В ответ Алимкин замечает, что в статье 130 УК РБ речь идет о народе, а не об отделном человеке. Рабенок отвечает, что статью написал не российский народ, и после прочтения статьи у него не изменилось отношение к российскому народу.

10:20 — Разве вы не согласны с тем, что в сельской местности говорят не на белорусском, а на белорусско-русском и белорусско-украинском диалектах, спрашивает Рабенка адвокат Дмитрия Алимкина. Сам Рабенок говорит в зале суда по-белорусски.

10:16 — Как затрагиваются интересы РФ, спрашивает адвокат. Рабенок отвечает, что имел в виду не государство, а население Российской Федерации

10:14 — К вопросам перешла адвокат Кристина Марчук. Вы обратились в прокуратуру, чтобы возбудили дело по статье 130. Почему именно эта статья, почему не «оскорбление», например? Рабинок объясняет, что в статье речь шла о нации. Марчук говорит, что ст. 130 предусматривает ответственность за «разжигание», а не за оскорбление нации. Марчука уточняет, между кем и кем, по мнению Рабенка, разжигается рознь. Тот отвечает, что рознь может разжигаться между населением РФ и Белоруссии, а также внутри многонационального населения Белоруссии.

10:11 — По его словам, он хотел, чтобы сайт «Регнума» заблокировали на территории Белоруссии, но ему ответили, что блокировка требует неких действий от Мининформа, и «Регнум» заблокирован не был.

10:08 — Рабенок говорит, что обращался в Генпрокуратуру только по поводу этой статьи. По поводу других статей он не обращался ни в какие инстанции.

10:07 — Прокурор спрашивает, знаком ли он со статьей Аллы Бронь «Белоруссия уходит из Русского мира с учётом украинского опыта». Тот отвечает, что по его мнению эта статья разжигает рознь, так как там написано, что белорусы не являются отдельной нацией.

10:05 — Заседание началось. Приглашён свидетель обвинения Денис Рабенок.
  • Автор: sidney
  • Автор: 11-01-2018, 17:04
Анекдот: Ройзман-колхозник

Евгений Ройзман, мэр Екатеринбурга стал вдруг неожиданно вспоминать своё деревенское детство. Он делал это с такими смачными и гулкими деталями, что можно поверить в искренность чувств. Вся беда в том, что Ройзман никогда, ни дня, в деревне не жил. Бывал на шашлыках, может быть, но не жил там. Теперь же он вдруг заделался великим аграрием и решил поучить нас сельскому быту! Причём "вспоминал" Ройзман коллективизацию, человек, рождённый в 1962 году, взялся уверенно и даже нагло судить тех, кто действовал на селе задолго до его рождения...
Почему-то Ройзман решил, что коллективизация деревни - "это был личный проект Сталина". То есть в стране, где более 90% составляли жители сёл и деревень безумный рябой грузин придумал нелепый личный проект, и все согласились. Так, запросто! Согласно мифу, русский народ - дегенераты, которые делают всё, что им ни скажи - даже себе в ущерб... Сталин выдумал глупость, а 90% населения эту глупость со стоном и слезами выполняло... Проклинало, но молча. Потом, правда, был шанс соскочить с крючка: ведь пришли "освободители", и дошли до самой Волги! Но дегенеративный народ, вместо радостной мести усатому мучителю лёг костьми, и не дал "освободителям" завершить "освобождение". Потому что этому народу лишь бы помучиться, разве вы не знали? Этот дегенеративный этнос упорно защищал колхозный строй и даже пытался его насаждать в других странах...Ну, а скорее всего - русские крестьяне не простили Гитлеру нелюбви к евреям. Так-то, конечно, если бы он не был антисемитом, они бы, лапотники, на руках бы его носили... Но услышав речи немцев, лапотники подумали: "а что же с евреями-то будет?" - и отказались от услуг "освободителей"...Я не знаю, так думает Ройзман или не так, но из его писаний вытекает именно это. Народ-дебил, который не смог противостоять жестокой, унизительной, а главное, бессмысленной процедуре своего "раскрестьянивания"... При более чем 90% крестьян! Ройзман, рождённый в 1962 году, конечно, лучше современников 30-х годов знает всю подноготную процесса. Жестокий и безумный Сталин ставил задачу «сломать хребет крепкому крестьянству» и «уничтожить кулачество, как класс».Далее текст идёт, очень напоминающий мемуары. Как будто бы своими глазами Ройзман это безобразие видел:Уничтожали самых трудолюбивых крестьян. Раскулачено было не менее миллиона хозяйств с населением 5-6 млн человек. 2 млн. 140 тыс. депортировали за 1930-33 гг. Позднее, количество высланных дошло до 4 млн.человек. От голода и болезней по пути в ссылку погибло 800 тысяч человек, столько же бежало, многие из них погибли. Коллективизация и отъем зерна у крестьян вызвали в 1932-33 г страшный голод , началось людоедство, убивали маленьких детей, чтобы накормить старших, трупы откапывали на кладбищах. И коммунисты везде ставили заставы, чтобы крестьяне не могли уйти на Север за хлебом и не просочились в города. Этот страшный голод унёс до 7 млн. крестьян (7.000.000 человек) в основном русских и украинцев. Количество крестьянских хозяйств за время коллективизации уменьшилась на 5,7 млн, это 25 млн (25.000.000) человек!Потом Ройзман, заделавшийся экспертом по аграрному вопросу риторически вопрошает: "Не, можно и дальше мертвого упыря пытаться тащить из преисподней…"Конечно, некоторые вопросы "личных впечатлений" остаются. Ройзман, который так хорошо "помнит" голод 30-х годов, конечно, не застал более ранние голодоморы, кои случались с интервалом в лет пять-шесть, и были обыденностью рыночной экономики. И, в общем-то, остались. Ройзман совершенно не помнит голодовок 80-х, 90-х годов XIX века, и не читал, что писали про них русские писатели-классики.Ройзман не объяснил каким образом "усатый упырь" в те же самые годы (начало 30-х) уморил свыше 7 млн американцев всё тем же голодом и "дефармингом". Почитайте в романе Стивена Кинга "Оно" каким пыткам подвергали в "добропорядочном" американском городке в 30-е годы бредших из ниоткуда в никуда голодающих граждан США... Цель пыток - доходчиво объяснить бродяге, что в этот чистенький городок заходить больше не следует... Посмотрите, как в фильме "Кинг-Конг" ворует яблоко актриса, три дня ничего не евшая... Это на уровне поп-культуры, так сказать, на поверхности, а нужно будет - можно и в труды более документальные залезть... Либерал и профессор ВШЭ И. Липсиц, автор учебника «Экономика 10-11 классы», изданном в 90-е годы отнюдь не склонен нагнетать ситуацию. Однако и он походя отметил про 30-е в США: «...Над страной опустился мрак безысходности, и голодная смерть стала реальностью: только за один 1931 год и только в Нью-Йорке от голода умерли 2 тыс. человек». 2 тысячи - это только со следами явного очевидного истощения, а вы добавьте к ним голодных, скончавшихся от легкой простуды и прочих мелочей жизни, от ослабления иммунитета...Что, Сталин и Америкой тогда правил? Ройзман не поясняет, почему в те же годы был страшный голод в неподвластных (тогда ещё) Сталину и капиталистических Польше, Чехословакии, Румынии? Откуда взялся хлеб на Севере, куда памятные Ройзману крестьяне "не могли уйти", если известно, что на Севере хлеб родится куда хуже, чем на юге? И кто были те загадочные коммунисты, которые "везде ставили заставы", мешая передвигаться более чем 90% населения? То есть - откуда они брались? Это какой-то отдельный народ, пришедший из степей Монголии, или же они из тех же самых крестьян и были?Вопрос о голоде 30-х годов давно закрыт серьёзными историками. Давно доказано, что голод был всемирным, связан с особой комбинацией природно-климатических явлений в определённой полосе земного шара. А рыночная экономика не имеет резервов, не умеет противостоять природе. И молодая советская тогда тоже ЕЩЁ не умела. Голод 30-х был не первым, а последним голодомором.
  • Автор: sidney
  • Автор: 11-01-2018, 16:19
Меняйте школу!
Давайте смотреть правде в глаза — школа в том виде, в котором существует, исчерпала себя полностью. Дети ненавидят школу. Учителя (по большей части) ненавидят школу. Родители ненавидят школу (потому что она всё время сосёт из них деньги). Да что ж такое?!

Начнём с того, что школа (я имею в виду вообще всю эту систему, с министерствами образования, педвузами, сложившейся воспитательной традицией и прочим хламом) до сих пор живёт по принципу, что всё, что было в прошлом, это очень хорошо, надо только его немного почистить, подлатать и можно носить как новенькое. В общем, в этом как раз и кроется причина того кризиса, в котором оказалась школа и все, с ней связанные.
Меняйте школу!


Объясняю на пальцах. Основой современной школьной системы является система, придуманная Яном Коменским в самое что ни на есть Средневековье. Вы же знаете, как тогда всё было хорошо! А если серьёзно, то внешние обстоятельства заключались в том, что новой информации (новых знаний) было очень мало, она появлялась крайне редко и с большим скрипом, так что для каждого отдельного человека вопрос стоял только в том, как бы наиболее эффективно запомнить всё, что есть в этих нескольких книгах, которые стоят в монастыре и охраняются, как самое большое сокровище. Внутренние (психологические) обстоятельства сводились к тому, что человек воспринимался как изначально греховное существо, из которого всю дурь нужно выбить и набить теми самыми знаниями из монастырской сокровищницы.
В результате получилась такая концепция, которую можно условно назвать «человек-ящик». Сразу сделаю реверанс в сторону некоторых очень внимательных читателей — конечно, нигде такая концепция не заявлялась и прочесть о ней нельзя ни в каких педагогических или философских трудах того времени. Это сейчас, по факту, мы можем понять, что на самом деле происходило тогда и как это лучше назвать. Так вот, суть этой концепции, как следует из её импровизированного названия, сводится к тому, что человек воспринимается как условный ящик, в который нужно как можно более эффективно запихнуть как можно больше самых разных знаний (на самом деле сведений), а потом научить этого человека по команде эти знания из ящика доставать и демонстрировать.
А поскольку человек (естественно!) этому запихиванию всячески сопротивляется (уже тогда сопротивлялся!), то можно пойти двумя путями. Первый — простой: заставить человека слушаться, обездвижить его (то есть, лишить способности думать, но об этом чуть позже), нагрузить дисциплиной, сделать квадратной саму его жизнь, тогда у него или сил не останется на сопротивление, или воля вообще перестанет существовать как инструмент, и тогда здравствуй, законопослушный гражданин! Второй — гуманный: сделать процесс запихивания максимально комфортным, интересным, радостным и проч. Ну это как идиотские родители отвлекают внимание ребёнка, чтобы вложить ему в рот ещё одну ложку идиотской каши: «Ой, смотри, самолётик полетел!» Какой вообще самолётик? Не хочет человек есть, отстаньте от него (но и не совращайте сладким).
Как вы понимаете, все существующие «педагогические технологии» так или иначе направлены на совершенствование методов второй группы. Тут придумывают всякие игры, шутки-прибаутки, ритуалы и прочие порой действительно очень интересные ходы. Но не меняется главное — концепция «человека-ящика». То есть, за человека уже заранее решили, что ему нужно, и это вдохновенно в него вкладывают.
И, в принципе, до недавнего времени в этом был смысл. Картина мира в обществе была устойчивая, набор базовых знаний тоже, так что, система работала. Ну а на всякие издержки типа того, что к школе уже тогда начало формироваться отношение как к тюрьме и что талантливые люди появлялись не благодаря школе, а вопреки (что только укрепляло миф о какой-то «элитарности» талантливых людей, что, конечно, полная чушь), закрывались глаза. Как говорится у недоразвитых — лучшее враг хорошего.
Меняйте школу!


Но тут вдруг совершенно неожиданно (по историческим меркам действительно неожиданно и вдруг: всего каких-то 60 лет назад) всё изменилось. Изменения эти связаны с резким увеличением количества информации в нашей жизни и, соответственно, скорости обновления этой информации. И тут произошёл тот случай, который известен всем марксистам — количество породило новое качество. Качество нашей жизни, а вслед за ним требования к качеству образования, как подготовки к этой самой жизни.
Теперь что получается — только выучился на инженера, а впереди планеты уже программисты. Выучился на программиста, а надо, оказывается, на веб-дизайнера или системного аналитика. Пошёл на курсы веб-дизайнеров, а их уже закрыли, потому что на этом месте теперь ферма биткоинов. Ну, про юристов и экономистов уже только в «Камеди-клаб» шутят, всем остальным не смешно. Иными словами — набор знаний, необходимых для успешной карьеры, меняется так стремительно и непредсказуемо, что ни одно учебное заведение угнаться за этим не может. Причём, похоже, что исключений нет даже для заведений для «элиты» — по крайней мере, у Навального, учившегося на «курсах революционеров» в Йеле не очень получается; посмотрим, получится ли у Вакарчука на Украине, отучившегося только что там же.
И вы знаете, что самое смешное? Что школа, точнее, отдельные энтузиасты, которые чего-то реально понимают в психологической и педагогической науке, к этому вызову времени считай что подготовилась. По крайней мере, в России. Тут теперь появилась такая штука, как ФГОСы, об которые уже сломали немало копий, зубов и лбов. Это Федеральные государственные образовательные стандарты (новые, раньше, конечно, тоже были какие-то стандарты), которые не предъявляют почти никаких требований к содержанию программы, но предъявляют требования к определённым навыкам (теперь называются «универсальные учебные действия» — УУД), которыми должен ученик овладеть.
Здесь стоит остановиться поподробнее, потому что может не до всех сразу дошло. По новым стандартам оказывается совершенно не важно, что именно в тот самый пресловутый ящик положите. Имеет значение только то, как человек будет оперировать содержимым этого ящика: как он будет выбирать информацию, чтобы туда положить; как он будет её сортировать там внутри; насколько точно он будет понимать, что именно и для чего из ящика нужно будет достать, чтобы решить возникшую перед ним задачу. Ещё раз: больше не важно (в очень грубом приближении), знает ли человек таблицу умножения или как звали отца Базарова. Важно, как быстро он сможет овладеть этими знаниями, если появится такая необходимость. Если честно, я аплодирую стоя (это не сарказм).
Потому что, и об этом уже было сказано сверху, никто не знает, какие именно знания будут нужны через 10 лет. И все мы сейчас столкнулись с тем, что называется big data — огромные массивы информации, которые если вы начнёте читать последовательно, то не хватит не только вашей жизни, но и жизни ваших правнуков, чтобы всё это прочесть (а за это время навалится ещё информации в стопицот раз больше). Значит, надо в принципе по-другому с этой информацией обходиться. Нужно учиться расставлять метки (теги), разделяя важные зоны этого массива. Нужно учиться искать и правильно присваивать метаданные (то есть, да, сейчас нет ничего зазорного в том, чтобы не читать «Улисса», а знать его краткое содержание, потому что помимо Джойса есть ещё Кафка, Мураками, Коуту и Кортасар). И тут появляются совершенно новые задачи — нужно корректно верифицировать эти метаданные, чтобы не получилось как в том анекдоте про Высоцкого, которого напел Мойша с первого этажа.
За всем этим стоит одна очень важная примета нашего времени. Набор знаний уже не является свидетельством ума (и успешности). Теперь таким свидетельством является набор методов. Потому что интернет — вот он, заплати только провайдеру вовремя. А что ты там сможешь найти кроме порнухи, рекламы и мошенников всех видов и сортов?
Конечно, современная школа проходит кризис роста, сопоставимый с кризисом пубертата — когда руки и причинное место уже выросли, а голова и лёгкие ещё нет. Применительно к школе это означает, что новую директиву уже спустили, но упустили из виду две очень важные вещи. Первая — критерии оценивания. Да, единый государственный экзамен всё меньше напоминает угадайку и всё больше возвращается к задачам на сообразительность и интеллект, но этого определённо мало. Тут вообще какие-то другие должны быть механизмы, которых пока нет, к сожалению. Вторая (и наиболее существенная) — это кадры. Я за свою жизнь пока встретил только одного человека, который реально понимал, что такое ФГОС, и это был человек, который имел непосредственное отношение к их разработке. Для подавляющего большинства учителей это те же «двойки», вид сбоку. В этом, кстати, мне учителя (точнее те, кого судьба и существующее положение вещей в государстве загнали в эту профессию, но которым место, конечно, где-нибудь на тяжёлом и очень вредном для здоровья производстве) очень напоминают наших бюрократов, которые готовы маршировать абсолютно под любым флагом, главное, сохранить своё место и трепетное право перекладывать никому не нужные бумажки (и брать мзду за это перекладывание с тех, чья жизнь от этих бумажек зависит).
Меняйте школу!


Ещё немножко о бумажках. Вся нынешняя система образования и науки построена на принципе допусков и сертифицированного прохода к кормушке. Ты будешь уважаемым учёным не тогда, когда что-то действительно откроешь, а когда правильно оформишь всю эту документацию (на курсах по составлению образовательных программ, которые я недавно посещал, основной упор был сделан на то, что ни в коем случае нельзя писать букву «г» после цифр, обозначающих год написания программы; я не шучу). И вся эта тягомотина аттестат-диплом-учёная степень имеет под собой совсем не те качества, что делают умного толкового человека таковым. Об этом все знают, только многие предпочитают дипломатично молчать, по разным причинам.
Но события последних десятилетий показывают отчётливо — можно ни хрена не понимать в экономике и гробить её, имея различные степени и дипломы по экономике. И наоборот, можно не получить высшего образования и не просто получать зарплату, гораздо выше среднего по стране, но и реально принимать какие-то решения, изменять эту жизнь, следуя за объективно существующими вызовами времени. А это значит, что бывший престиж различных аттестатов, дипломов и прочей мишуры постепенно сходит на нет. Всё большее количество работодателей склонны самостоятельно и на практике проверить компетенции претендента на рабочее место, чем доверять формальным признакам.
Меняйте школу!


В общем, это опять к тому, что в ближайшее время сильно изменятся критерии оценивания качества образования. Это должны быть такие критерии, которые будут удовлетворять не только требованиям самой системы образования (а мы видим, что такие критерии могут быть очень надуманными или, по крайней мере, отставшими от жизни), но и требованиям работодателей или шире — всего общества (правда, тут пока серьёзные проблемы, потому что общество у нас очень разношёрстно и становится всё более фракционированным час от часа).
Но помимо этих критериев должна измениться и сама суть образования. Во-первых, если речь идёт о том, что главным всё-таки становится вопрос воспитания, то понятно, что самым главным в комплексе образовательных учреждений должен быть детский сад — то есть, то время, когда, собственно, нравственность и формируется. Но это тема для отдельного большого разговора. Пока сконцентрируемся на обучении.
Меняйте школу!


Раньше было как. Учитель — это такой говорящий учебник, который может донести в понятных для конкретного ученика словах смысл написанного в книжке. Как говорится, другого учителя у меня для вас нет. И учебника другого нет. А теперь что. Выйди на просторы дистанционных образовательных программ, и получишь и такого учителя, и сякого, и фиолетового в крапинку. Один танцует, другой кубики раскладывает, третий подаёт материал в стиле рэп. То есть, теперь нет проблемы получить конкретную (новую) информацию. Есть проблема научиться с ней работать. Таким образом, прежняя схема «на уроке получаете новую информацию, дома осваиваете её применение (выполняя упражнения)» меняется на прямо противоположную «дома получаете новую информацию, а на уроке вместе учимся эту информацию правильно использовать и вообще работать с ней — проверять её на подлинность, находить её место в уже существующей системе знаний, представлять её в другом виде».
Эта схема, конечно, очень условна. Но она показывает главное — школа, как место, где встречаются ученик и учитель, никуда не денется. Никакой скайп её не заменит, потому что нечто очень важное, незаменимое происходит, когда один неравнодушный человек смотрит в глаза другому неравнодушному человеку. Потому что что бы там всякие «стандарты» ни писали, самое важное происходит когда две души взаимодействуют друг с другом. А это взаимодействие никогда в жизни не удастся заключить в какие-то программы, дорожные карты и прочие костыли, которые мы создаём, чтобы облегчить жизнь на каком-то этапе.
Но школа, как место, в которое обязательно топать к определённому (всегда одному и тому же) времени, в котором нужно неподвижно сидеть, сдыхая от скуки и гиподинамии, в котором ты навсегда привязан к одному и тому же случайному коллективу и вынужден посещать с ними не только то, что тебе нужно, но и то, что тебе абсолютно не сдалось — такой школы точно больше не надо (а значит, и не будет).
Существующая система с независимым тестированием результатов обучения сама собой приводит к разумной мысли — необязательности посещения школы. Вместо этого можно набрать репетиторов по тем направлениям, которые тебе действительно нужны и за разумные сроки освоить необходимый объём знаний, потому что в школе 80 процентов времени тратится на повторение (что, неужели у всех такие проблемы с памятью, что нужно из года в год повторять, что такое существительное и как по-английски будет «стол»?).
Меняйте школу!


Таким образом выстраивается некая гибкая мобильная система, когда ученики и учителя находят друг друга в удобное для всех время и в удобном для всех месте. То есть, в будущем обязательно должны появиться своеобразные «диспетчерские», которые будут правильно составлять расписание так, чтобы у каждого специалиста-учителя набиралось необходимое количество учеников, которые реально заинтересованы в продвижении по данному конкретному предмету. Разумеется, эти учителя должны быть не натасканными на натаскивание бульдозерами, а реальными специалистами в живой науке, теми, на чьи лекции всегда собирались студенты со всех окрестных факультетов, а если надо, ехали на другой конец города на рассвете или закате.
Таки слова, как «гибкость», «подвижность» появились в этой статье не случайно. Движение — необходимый элемент правильной работы нервной системы, а значит, всего комплекса «познания и творчества». Те, кто смогут правильно его использовать в своих уроках (главное, чтобы это было движение, наполненное смыслом; квест — первое, что приходит на ум, но наверняка существует ещё миллион способов), смогут вывести образовательный процесс на новый уровень. Ну по крайней мере, девиз «сиди смирно» точно должен быть признан вне закона.
Меняйте школу!


Отдельный привет хотелось бы передать всёпропальщикам из проекта «Последний звонок», которые, при наличии огромного количества здравых рассуждений на другие общественно-политические темы, почему-то абослютно уверены, что для того чтобы спасти страну, нужно «просто» вернуть ту систему образования, что была в СССР. Не вдаваясь в исторические подробности заметим, что это те, кто получил образование в советской школе в 50-60-70-е глазом не моргнули, когда их страну целенаправленно и цинично развалили в 90-е (я про большинство, конечно). Это они не смогли предвидеть, что те изменения, которые начались в 1985, приведут большинство из них к потере работы спустя каких-то 7-8 лет. Ну и самое главное — та система образования была эффективна пока наше общество ещё по инерции существовало в прежней колее. А потом неожиданно пришёл «рынок», и нужно было демонстрировать совсем другие качества, чтобы выжить. И качества эти далеко необязательно были «ужасными» из разряда «отнять-убить-обмануть». Это вполне могли быть и качества из разряда «научиться-понять, что нужно-найти нужные связи».
Сейчас пришло время всем этим заняться системно и в масштабах всего общества. Аж дух захватывает, какие перемены всех нас ждут!
Глеб Деев
Ярослав Романчук: Опасное шапкозакидательство

Белорусские власти ведут себя так, как будто экономический кризис уже позади. Правительство прогнозирует рост экономики в этом году на 2% ВВП, в следующем – уже на 3,5%. Министры отчитались за выполнение практически всех прогнозных показателей, не акцентируя внимание на то, какой ценой и с какими последствиями. Министр экономики В. Зиновский считает, что добиться роста ВВП на 3,5% — «крайне тяжелая, напряженная задача», но императив повышения зарплаты довлеет над Совмином. Как и требование обеспечить полную занятость. В 2017г. несмотря на рост промышленности более 6%, экспорта товаров и услуг более чем на 18%, сельского хозяйства почти на 3%, поправить ситуацию на рынке труда и потребительский спрос не удалось. В январе – октябре 2017г. было уволено на 30,6 тысяч больше человек, чем принято на работу. Это после того, как в 2016г. было уволено на 108,1 тысяча больше, чем принято на работу. В октябре 2017г. в экономике страны было занято 4356,4 тыс. человек, что на 24,9 тыс. меньше, чем было в начале 2017г. Когда экономика находится на стадии здорового роста, занятость в экономике растёт. У нас же щедрые кредитные ресурсы и внешнеторговые выгоды получила группа в 50 – 70 предприятий. Из-за своего масштаба и внешней конъюнктуры они показали рост. Дополнительная занятость здесь невозможна. Реалистично ожидать даже оптимизации численности. На фоне этих тревожных тенденций на рынке труда официальный уровень безработицы в 0,6% звучит, как издёвка. Благоприятные времена для этой небольшой по численности и занятости группы предприятий не транслировалась на состояние домашних хозяйств, а также малого и среднего бизнеса.
По данным опроса домашних хозяйств в январе – сентябре 2017г. денежные расходы одного домашнего хозяйства составили BYN965,2, из которых BYN738,5 (76,5%) приходится на потребительские расходы. Доля расходов на продукты питания остается неприлично высокой – 41,3%. Согласно опросу реальные денежные доходы населения сократились на 4,5%, а вот в ежемесячных отчётах Белстата за январь – сентябрь реальные располагаемые денежные доходы населения увеличились на 0,4%. Реальная зарплата за три квартала 2017г. по сравнению с аналогичным периодом 2016г. выросла на 4,3%, нарушая золотое правило экономики: потреблять можно только то, что заработано. А производительность труда за этот период увеличилась только на 3,1%. Значит, рост доходов искусственный, как и стимулирование экономического роста в целом можно считать анаболическим.
Когда правительство берёт валютные кредитные ресурсы под 7,5% годовых, здоровья экономике страны в долгосрочной перспективе это не добавляет. По состоянию на 1.11.2017г. государственный долг Беларуси составил BYN41,9 млрд. что на 13,3% больше, чем было на начало 2017г. Внешний госдолг вырос на $2,9 млрд. (на 21,4%), до $16,6 млрд. Долги по банковским кредитам за январь – октябрь 2017г. выросли на 4,6%, а количество наличных денег в обращении – на 24,2%. Для номенклатурных фаворитов из коммерческого сектора правительство денег не жалело. Вместо того чтобы заняться внедрением международных стандартов корпоративного управления, реализовывать программу реструктуризации проблемных промышленных, строительных и с/х организаций правительство предпочло переложить плохие долги и активы из одного кармана в другой, раздать новые порции кредитов и отчитаться улучшением финансового положения и бурным ростом чистой прибыли.
За январь – сентябрь 2017г. чистая прибыль промышленности по сравнению с аналогичным периодом 2016г. увеличилась более чем на 60% (~$1,5 млрд.), сельского хозяйства – в 2,8 раза ($280 млн.). При этом просроченные долги промышленности составили ~$680 млн. общие — $18,5 млрд. Положение в АПК ещё хуже. О качестве управления госпредприятий говорит тот факт, что в 2015-1016гг. правительство взяло на себя обслуживание и оплату ~$1,8 млрд. кредитов государственного коммерческого сектора. А ведь все эти годы нам говорили, что никакого кризиса в стране нет. Вот только в условиях этого «некризиса» зарплаты беларусов сократились в $-долларовом выражении более чем на 50%, а ВВР потерял 38%. Это больше, чем потеряла Америка за время Великой депрессии и сравнимо с резким сжатием экономики после развала Советского Союза. В ситуации, когда около половины промышленных предприятий не имеют своего оборотного капитала, а напрямую зависят от финансовой поддержки государства, говорить о выходе на устойчивую траекторию роста нельзя, особенно в контексте того, что правительство вынуждено тратить на обслуживание своих долгов ~13% ВВП.
Всемирный банк также предупреждает белорусские власти от необоснованного оптимизма. Да, внешняя конъюнктура помогла. Кредитование восстановило инвестиционный и потребительский спрос, но, как пишет Всемирный банк в декабрьском обзоре по Беларуси, «несмотря на предварительное восстановление экономического роста в 2017 году, ожидается сохранение низких темпов такого роста. Это связано с тем, что по-прежнему присутствуют структурные недостатки, сдерживающие потенциал роста Беларуси и ухудшающие состояние внутреннего спроса». Главный тормоз Беларуси – ситуация в государственном секторе. Высокая закредитованность, конфликт интересов топ-менеджеров, низкая мотивация работников и чрезмерное регуляторное бремя в условиях растущей конкуренции – вот что блокирует работу госпредприятий. А они, в свою очередь, создают проблемы для частного сектора, ставя его в заведомо неравные условия работы.
Аналогичные оценки о рисках и угрозах белорусской экономики в 2018-2019гг. мы находим в докладах Международного валютного фонда (МВФ), Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР) и Евразийского фонда стабилизации и развития (ЕФСР). Это оценки технократические, а не политические, бухгалтерские, а не идеологические. Они основаны на твёрдых денежных показателях, а не на хотелках и валовых физических показателях производства.
Сегодня в Беларуси в органах госуправления образовалась хрупкая, небольшая группа сторонников прагматичных, технократических перемен. Они сумели добиться относительной макроэкономической стабилизации в 2017г. Были использованы меры экстраординарного характера. Пора переходить в режим нормализации, т. е. полноценных рыночных отношений, открытой конкуренции и торговли. Он вытекает из логики наших отношений со странами ЕАЭС, а также статуса нашей страны, как малой открытой экономики. Пора отказаться от контроля за пульсом валовых показателей, а перейти на мониторинг финансового здоровья коммерческих организаций, живущих по средствам и за свой счёт.
Ярослав Романчук
  • Автор: sidney
  • Автор: 11-01-2018, 04:11
Евгений Константинов: Гражданское согласие. Год в пути
Евгений Константинов: Гражданское согласие. Год в пути

Чтобы обобщить свой собственный политический опыт, необходимо обладать известной долей юмора и самокритичности. Мне до этого момента не доводилось писать автобиографических вещей, поэтому данная статья станет серьезным почином, позволяющим объективно взглянуть на события.

В первую очередь о «Гражданском согласии» хочется сказать с позиции эффективности. На момент создания мы ставили перед собой цель в первую очередь эмоциональную – создать организацию, которая могла бы людей не разделять, а сплачивать. Нам очень хотелось преодолеть тот раскол в обществе, который образовался после известных украинских событий. И если до 2014 года можно говорить о борьбе власти и оппозиции, то после мы уже имеем дело с катастрофой международного масштаба.

Что мы могли сделать в этой ситуации? Прежде всего найти людей адекватных, которые были бы способны договориться между собой. Поэтому мы решили начать с проведения круглых столов в столице и регионах, дабы познакомиться с политическими силами, представить себя и попытаться понять, что происходит в каждом уголке Беларуси.

Безусловно, не все получилось сразу. Виной тому не только наши ошибки, но и активное противодействие со стороны белорусских националистов, которые начали против нас информационную кампанию. В таких условиях сложно было рассчитывать на великолепный результат, однако мы преодолели целый ряд трудностей. После многочисленных поездок у нас появилось видение того, что собой представляет страна. Мы удивились тому разнообразию, с которым столкнулись. Некоторые мои стереотипы рассыпались в прах, уступив место рационализму. Теперь я могу точно рассказать о специфике каждого региона, а также о тех сложностях, с которыми столкнется любой государственник, который прибудет сюда для занятия общественной деятельностью.

На круглых столах мы обсудили целый ряд вопросов. Они касались как политической деятельности, так и экономических и социальных проблем. Особенно впечатлили встречи в Витебске и Гродно. На первую нам удалось собрать (не впервые ли?) оппозицию и местного идеолога. Раньше это казалось практически невозможным. В Гродно мы столкнулись с культурной и национальной спецификой пограничного региона. Мы сидели за одним столом с поляками, литовцами и евреями, которые не только спокойно воспринимают друг друга, но и дружат организациями. Да и сама атмосфера старинного города, в котором сохранился дух прошлого, располагает к диалогу.

В ходе мероприятий мы очень сдружились с двумя политическими организациями - «Справедливым миром» и «Славянским комитетом». Можно сказать, что их представители не пропустили ни одной встречи. Более того, они приглашали к нам своих друзей и местных социальных активистов.

Безусловной удачей «Гражданского согласия» является создание информационного ресурса «Политринг». Он стал настоящей дискуссионной площадкой, на которой сталкиваются мнения людей самых разных политических взглядов. Читателю предоставляется уникальная возможность посмотреть на одно и то же явление сразу с двух противоположных сторон. На мой взгляд, это уникальный проект.

Что пока не получилось?

Я думаю, что в будущем нам стоит обратить серьезное внимание на внутреннюю работу. К этому относится прежде всего образование нормально функционирующих филиалов с достойными лидерами. Понятно, что из Минска невозможно охватить все. Необходимо создать в регионах клубы по интересам и охватить максимальное количество политически и социально активных людей.

Претерпели некоторые изменения и наши политические взгляды. Мы поняли, что дружить со всеми не получится. Когда ты выходишь с открытым забралом к некоторым политическим силам, а они плюют тебе в душу, то больше на такой шаг идти не хочется. Ты начинаешь понимать цену всем заявлениям националистической оппозиции о мире и согласии в стране. Понимаешь, насколько они на самом деле готовы разжигать ненависть белорусов друг к другу.

Что касается нового года, то мы уже наметили планы. Думаю, что начнем мы с создания постоянно действующего форума по текущим вопросам. Мы будем приглашать в зал представителей самых разных взглядов, которые озвучат свое видение проблем и предложат их решение. Это станет настоящим общественным диалогом. Хочется верить, что в будущем те политические силы, которые нас игнорировали, осознают ошибочность своей позиции.

Я остаюсь оптимистом. За сравнительно короткий срок удалось сделать достаточно много. Понятно, что были и ошибки. Но не ошибается лишь тот, кто ничего не делает. С ошибками приходит и опыт. Я уверен, что со временем «Гражданское согласие» все наверстает…