• Автор: sidney
  • Автор: 29-12-2017, 22:03
Правда состоит в том, что "олимпийского" спорта больше не существует.
Правда состоит в том, что "олимпийского" спорта больше не существует. Олимпиада — это лохотрон, где взрослые дяди разводят дурачков на обещаниях.
Это перерождение началось давно и происходило постепенно, но окончательно оно стало очевидно на олимпиаде в Рио — когда американкам, уронившим эстафетную палочку, дали перебежать всю эстафету, причем без соперниц на пустом стадионе. Пиндосы выиграли, а команда Китая выбыла из борьбы. Протестом Китая МОК подтер свою грязную задницу.
После этого всем разумным людям стало понятно, что Олимпиада превратилась в демонстрацию американского пафоса — а все остальные участники создают там массовку для США и своим присутствием легитимизируют этот псевдоспортивный лохотрон. Участникам от нужных стран выдают узаконенный "фармацевтическими исключениями" допинг (якобы они больные, а это — лекарство), а когда даже это не помогает — в ход идут фокусы вроде "американского перезабега".
Между прочим, там же на тех же играх американец упал и помешал спортсмену из Тринидада. Но Тринидаду почему-то не разрешили перебежать забег. Потому что на так называемой Олимпиаде "все спортсмены равны", но некоторые равнее прочих.


Вот поэтому Олимпиада — это лохотрон. Нельзя участвовать в лохотроне. Потому что в лохотроне всегда выигрывают его организаторы, а остальные там нужны только в качестве массовки и дурачков для ограбления.
И дело вовсе не в допинге. Дело в лохотроне. Наши спортивные чиновники, все эти Мутко и Жуковы — полагали, что в лохотроне есть хоть какие-то незыблемые правила, и значит, если эти правила выполнять и подыгрывать лохотронщикам — можно что-то себе вымутить. Как Леня Голубков в МММ.
Именно поэтому глава Олимпийского комитета России (ОКР) Александр Жуков извинился перед исполкомом Международного олимпийского комитета за "массовое использование допинга сборной России на играх в Сочи". Он думал, что этой сдачей российских достижений на прошлой Олимпиаде можно будет вымутить что-то на будущей Олимпиаде в Пхенчане. А его кинули, исключили из МОК его самого и выперли с олимпиады российскую сборную. Потому что лохотрон — это система для кидания лохов.
Мутко уже много олимпиад соглашался со всеми фантазиями МОКа — и в результате его выкинули из "олимпийской системы" пожизненно. Потому что "лох" — это не характеристика каких-то личных качеств человека, "лох" — это любой участник лохотрона. Рано или поздно там кинут ЛЮБОГО — такая система. Если правила не позволяют кинуть лоха — организаторы меняют правила.
Нельзя участвовать в лохотроне. Нельзя признавать его правила. Иначе вы сами, по своей доброй воле, отдаёте себя во власть лохотронщиков.
Сейчас в телеящике на очередных ток-шоу народ дерет горло по поводу — запрещать или не запрещать ехать в Пхенчан тем немногим спортсменам, которых МОК допустит участвовать в Олимпиаде под белым "олимпийским" флагом. Разбираются, что там и как сказал председатель МОК, что он имел в виду, что бы это значило. Ноют, что "спортсмены же готовились", надо их пожалеть, пусть они героически поедут в Пхенчан — чтобы через месяц у них на пробирках с мочой нашли очередные "царапины" и отобрали их медали. Идиоты же. Коллективный Лёня Голубков.
Правда состоит в том, что "олимпийского" спорта больше не существует.


Мое мнение — не надо ничего запрещать. Хочет спортсмен куда-то поехать — пусть едет. Но надо прекратить участие государства в лохотроне. Это означает — выйти из "олимпийской" системы, разогнать Олимпийский комитет России (разумеется, с расследованием его деятельности — куда и на что тратились государственные средства, кто назначил Родченкова на его пост, далее по списку), свернуть в России все эти "лаборатории ВАДА" — и так далее. И, разумеется, снять финансирование олимпийских программ, включая финансирование поездок на "олимпиады" и подготовки к ним. На "олимпиадах" свет клином не сошелся — есть мировые чемпионаты по отдельным видам спорта, к ним готовьтесь и вот там и выигрывайте медали для страны. А хотите на олимпиаду — езжайте сами за свой счет, если ума нету.
И, разумеется, не надо транслировать "соревнования" этого лохотрона в России. В смысле — не надо покупать права на трансляцию. Кто хочет — посмотрит в интернете. Но не надо финансировать лохотрон.
И вообще — хватит уже мастурбировать на этот лохотрон, это псевдоспортивное "Евробаченье". Очевидно же, что выиграть там мы могли ровно один раз — и мы это сделали в Сочи-2014, перед этим в 2010 году притворившись слабосильными дурачками, так, что Запад решил — пусть эти глупые русские потратят миллиарды на олимпийскую инфраструктуру, и потом там всё проиграют. Мы их обманули — и выиграли. Больше такой возможности нам не дадут (что и показали игры в Рио) — но лохотрон вскрылся, и сейчас самое время с него соскочить.
  • Автор: sidney
  • Автор: 29-12-2017, 19:32
Пострадавшим от «дружественного огня»
 
 
Последнюю неделю российские и белорусские СМИ радовали жителей обеих стран энергичной войнушкой. Застрельщиком выступил телеканал НТВ. Выпуск программы «Место встречи» в этот раз назывался «Если друг оказался вдруг…» и был посвящен длинному списку претензий к странам-союзницам со стороны российской околополитической общественности.
 
           

 

Первой досталось Армении. Она подписала договор об ассоциации с Евросоюзом и ставит памятник пособнику нацистов из числа местных «нациостроителей» (то ли дело доска Маннергейму, которую четыре месяца пытались установить в Петербурге). Писателю Николаю Старикову пришел в голову яркий образ — это как неверная жена берет шубку и колечки у другого парня… И этот сюжет настолько поглотил воображение ведущей Ольги Беловой, что тема супружеской неверности не отпускала её до конца эфира — а после рекламы мы поговорим про еще одну гулящую жену — про Белоруссию.
 
В Беларуси сидит хитрый Лукашенко, вроде и союзник, но за каждый жест выставляет отдельный счет. А хотелось бы как в пиратской песне — Мы — спина к спине — у мачты, против тысячи вдвоем! Еще в Минске продаются националистические книжки, и Лукашенко обнимался с украинским лидером, у которого улицы Бандеры и Шухевича (еще раз спасибо РВИО за доску гитлеровскому пособнику, опять такой риторический ход испортили).
 
Потом начали про Молдову... и она, конечно же, — променяла мужа на любовника, а потом одумалась и решила вернуться.
 
В этот момент на большом экране должен был появиться Балбес-Никулин с хитом —  если б я был султан, я б имел трех жен. Зря не появился. То, что при таких делах столько бед и забот, ах, спаси аллах! — отчетливо понимал даже Балбес.
 
Все бы сразу расслабились, поняв, где находятся и чем занимаются. Это не аналитическая передача, а западного типа телешоу, которое делается ради рейтингов и рекламы. Нам про такие чудеса рассказывала советская пропаганда, но мы не верили.
 
Ведущие позволяют участникам орать, перебивая друг друга, а если они это делать почему-то перестают, ведущие начинают орать и перебивать всех сами. Кто-то уже помянул неверную жену до тебя? Врежь про некастрированного кота — и тоже сорвешь минуту славы.
 
Конечно, это дуракаваляние встретило живейший отклик в негосударственной прессе. Подобного успеха достигал только Егорка Просвирнин с предложением захватить Беларусь — его перепечатали просто все.
 
Есть такое понятие — дружественный огонь. На любой войне часто получают от своих, которые не заметили, не поняли или хотели как лучше, но что-то пошло не так.
 
Двое ведущих и их гости выставили в странном свете белорусскую власть — союзнички-то ноги о вас вытирают; нарисовали образ России как имперского монстра при рогах и клыках; порадовали «Белсат» и «Нашу Ниву» — они уже неделю обсасывают все аспекты нашего национального унижения. Это определенно талант.
 
 

Солдатушки-ребятушки
 
Нашим бы акулам пиара сделать выводы и держать пальцы от спускового крючка подальше. Но белорусы тоже решили показать, что не лыком шиты.
 
Консилиум отечественных специалистов собрался в программе «Наша жизнь: Между Востоком и Западом» в эфире телеканала ОНТ. Ближе к середине мероприятия ведущий, похоже, озвучил главную цель: Если ты промолчал — ты проглотил, а если ты ответил — это говорит о том, что ты себе цену знаешь.
 
Пацанские понятия не канули в лету вместе с 90-ми, мы себе цену знаем, доказательством чего служат и орлиный взор, и боевая стойка.
 
Похвалили перекочевавшего из эфира НТВ в эфир ОНТ Андрея Дмитриева за отстаивание  позиции. Пожурили, что напора не хватает и глоткой слабоват. Показали как надо — Вадим Боровик и Сергей Гайдукевич действительно могут перекричать водопад.
 
Посмотрели нарезку, как НТВшный шоумен запросто выгоняет участников дискуссии взашей — и так, мол, бывает, нужно готовиться к худшему. Едва ли Андрей потянет спарринг, но если Гайдукевича прикроют с флангов пару парней в штатском, думаю, есть шанс растолковать этому Норкину все тонкости нашей уникальной модели.
 
Вообще это здорово напоминало кастинг на роль героя, готового спуститься в смрадные лабиринты российских телеканалов и сразиться с пропагандистским минотавром за честь Синеокой. Пускай там низкопробные помои и клоунада, но Мы там должны быть! Мы будем реагировать! Мы не будем позволять!
 
Не покидало ощущение дежавю — я, кажется, в одном мультфильме что-то похожее видел.
 
 
По ходу родилась новость — депутат Марзалюк предложил объявить НТВ персонами нон-грата. В Украине запретили Куклачева, а белорусы Норкина вот-вот запретят.
 
Снова порадовали «Белсат» и «Нашу ниву». Это, кажется, единственная сторона, которая не отстреливает себе конечности, а грамотно валит в цель — а мы говорили, наконец власть одумалась, и теперь мы на одной стороне, давайте вместе праздновать 100 лет БНР, и как здорово Марзалюк задал жару белорусофобам.
 
Патриарх немецкой политики в таких случаях спрашивал себя: какую глупость ты совершил, старый Бебель, что тебя хвалят твои враги? Но то Бебель…
 

Падал прошлогодний снег
 
С этими дуэлями пропагандистских механизмов всегда есть две проблемы. Во-первых, им  надо доказывать собственную нужность, поэтому им всегда за счастье войти в клинч с супостатом. А во-вторых, красивый, убойный ответ для них важнее ответа правильного.
 
Союзная риторика последнее время вызывает у определенных российских кругов раздражение. Этот союз возник, когда в Беларуси пришел к власти Лукашенко, обещавший «запустить заводы», для чего были нужны энергоносители и российский рынок. А у Ельцина рейтинг стремился к историческим пяти процентам. Русские бежали из республик, и все понимали — спасибо Борису Николаевичу, пытавшемуся подсидеть Горбачева, упразднив его должность вместе с СССР. На этом фоне даже просто слова про «братство» лились бальзамом на сердца и уши и были уникальным товаром.
 
 
Нынешней российской власти этих претензий не предъявляют, и вообще — четверть века прошло. Поэтому риторика выглядит не ценным активом, а попыткой продать прошлогодний снег. То есть можно, конечно, и это, но... маловато будет.
 
После Украины добавился страх — а если будет как с Януковичем? С ним-то вроде договаривались, но он переехал в Ростов. Хотелось бы реальных гарантий, но непонятно, как подобные гарантии со стороны суверенного государства могут и должны выглядеть.
 
Кроме того, попытки сделать единое целое более единым ставят под вопрос проведение отличной от России социально-экономической политики. Немного парадоксально звучит, но факт — интеграция с Россией давала возможность строить более социально-ориентированную, чем в самой России, систему. Между прочим, именно этим идея и подкупала.
 
 
Противоречие не из простых. И дальше их будет больше. Если кто-то не выключил эту передачу в гневе и досмотрел до конца, там много интересного было. Мысль предложить на внешний рынок свои услуги по защите суверенитета звучит все чаще. Белорусы и армяне меркантильны и не хотят спина к спине, но вот у нас что-то замаячило на Ближнем Востоке, и — давайте монетизируем сирийский успех на мировом рынке. Будем предлагать за деньги всем желающим «мировую крышу» от «мирового жандарма».
 
Перечитайте Толкиена — жителей Хоббитона нелегко сманить поиском приключений. Тем более таких, которые очевидно доведут нас всех до беды.
 
Стоит ли обо всем этом говорить? Да, пожалуй. Но, наверное, не в формате ярких телесхваток. Слишком велики потери от дружественного огня.
  • Автор: sidney
  • Автор: 29-12-2017, 09:01
[img]https://cont.ws/uploads/pic/2017/11/Blindfolded-statute-of-liberty-head-with-flag-background[1].jpg[/img]

Российский человек очень часто размышляет о себе по принципу: «Я така затуркана, така затуркана». Он искренне верит, что не обладает полнотой информации ни о чем – в то время как на чудесном Западе есть истинные свободы, есть та самая демократия, ее можно попробовать, пригубить. И чем западнее, тем демократичнее.
В этом контексте среднестатистический российский человек сразу и не может понять, например, что такое произошло с Мерил Стрип – прекрасной американской актрисой.
На днях она приняла участие в церемонии награждения премией International Press Freedom Award, присуждаемой международным Комитетом по защите журналистов за «мужество во имя защиты свободы слова».
Она уделила особое внимание тем, кто, по ее словам, «заплатил за свои вопросы слишком высокую цену». Стрип назвала имя ведущей «Эха Москвы» Татьяны Фельгенгауэр, которая получила ножевое ранение горла, находясь в редакции радиостанции. Упомянула также других представительниц журналистской профессии – Юлию Иоффе и Машу Гессен.
Гессен победила на этом конкурсе в категории «Нон-фикшн» с книгой «Будущее – это история. Как тоталитаризм снова завоевал Россию». В книге ведется речь о том, какая хорошая у нас была перестройка и как плохо все завершилось – убийством Бориса Немцова и наступлением диктатуры.
У нас могут какие угодно быть взгляды на жизнь, но любой вменяемый человек в силах осознать, что картина жизни в России за последнюю четверть века несколько сложнее. Журналисты по тем или иным причинам гибли в самые разные времена, и в этом смысле никакой разницы между нападением психопата на Фельгенгауэр и убийством, скажем, Владислава Листьева в благословенные годы демократии Ельцина – нет. Равно как и разницы между убийством в те же самые времена Галины Старовойтовой и гибелью Бориса Немцова в наши времена.
Обратите внимание, что в рамках становления «молодой украинской демократии» политиков и журналистов убивают с завидной периодичностью. Но разве мы в силах вообразить себе, чтобы Мерил Стрип про это не то чтобы вспомнила, а вообще – знала?
Она может услышать по этому поводу только то, что путинское кагэби убивает журналистов не только в России, но вообще по всему миру – и однажды путинские длинные руки дотянутся и до нее.

Вы думаете, я иронизирую? Нет, это их реальная картина мира.
Россия – объективное и чудовищное зло, Маша Гессен и Таня Фельгенгауэр стоят преградой на пути этого зла. Никакой другой информации у этих людей нет, они ее даже не ищут.
Нам надо осознать несколько банальных вещей: на Западе никто не читает по-русски. 99% тамошних СМИ подают, мягко говоря, специфическую информацию. В целом – либо объективно антироссийскую, либо субъективно русофобскую.
Еще, конечно же, есть кино. Мерил Стрип не только снимается в кино, но и его смотрит.
«Форсаж 8» – самая кассовая кинопремьера года. По сюжету актер Вин Дизель заставил русского министра обороны отдать ядерный чемоданчик. Команда Вин Дизеля разнесла секретную российскую базу. Это правильно, понимает американский зритель, это праздник.
И это вам не «Спящие» Юрия Быкова – это четкая, злая, последовательная работа.
Другая новинка – «Бэтмен против Супермена», Бен Аффлек в роли Бэтмена. Там тоже есть русский персонаж – террорист, которого, само собой, взрывают. Супермен в небесах ломает российскую ракету и демонстрирует ее кусок с надписью «Роскосмос». Красота!
Это все, что американцу и конкретно Мерил Стрип надо знать о России. Супермен, Дизель и Гессен рассказали о нас более чем достаточно.
Среднестатистический американский человек знает про Россию в лучшем случае две-три фамилии: Путин, Солженицын, Ельцин, Горбачев. Еще – ГУЛАГ, степь да степь кругом, тирания, ядерная бомба – вот весь круг знаний. А! Еще хакеры.
Русский человек знает про США тысячи вещей: десятки американских политиков, десятки американских спортсменов, десятки американских певцов, история Америки и так далее, и тому подобное. Это ж все наша разнообразная родня: Джек Лондон, Мартин Лютер Кинг, Марк Твен, Джон Кеннеди, Луи Армстронг и так далее до бесконечности.
В этом смысле любая информация, которая поступает к нам из США – пусть даже в контексте «пропагандистских» программ типа «Время покажет» и «60 минут» – попадает в сложнейший интеллектуальный контекст.
А там – контекста никакого нет вообще.
И мы в этом смысле можем только пожалеть этих людей.

Причем речь ведь не только про янки. Плюс-минус схожие и вполне глубокие представления у нас про Италию, Германию, Польшу, Великобританию, Испанию и так далее. И плюс-минус такие же ограниченные, практически отсутствующие представления у них о нас. Чуть получше дела обстоят во Франции, но и там картина все печальней и печальней.
Нет с них никакого спроса. Дети малые они. Спросить мы можем только с себя.
Помню, приехал я впервые в США десять лет назад. Мы тут в Нижнем как раз боролись против уплотненной застройки и прочих чудачеств губернатора Валерия Шанцева (которого я с каждым годом ценю все больше). Ночами в Нижнем мы охраняли дома, которые собирались снести, дрались с полицией, прогоняли бульдозеристов.
Не без удовольствия я рассказал про это старому американскому журналисту. Ну, как американскому – еврейскому эмигранту из Советского Союза, живущему в США уже лет тридцать.
– Милый мой, – сказал он мне печально и ласково, – если б вы делали то же самое в Нью-Йорке, вы бы сели на самые разные сроки – от десяти лет и выше. У нас в Нью-Йорке были такие же ребята, они спасали (он назвал, какое именно) здание в центре. В общем, двадцать человек из них село и сидит, а их руководитель – просто исчез. Исчез, и никто не знает, где он.
Может быть, Мерил Стрип знает? Может быть, она скажет нам и об этом тоже?
Лев Криштапович: Кого прославляют «белорусизаторы»
В течение всего постсоветского времени белорусскому обществу навязывается польско-шляхетский взгляд на белорусскую историю, в соответствии с которым исторический путь Белоруссии никак не вписывается в логику развития Русской цивилизации, русского мира. Официальная историческая наука в Республике Беларусь в своей трактовке белорусской истории исходит из политического перенесения нынешней Конституции страны на историю белорусского народа. 

Логика здесь школьническая: поскольку Белоруссия является независимым государством, постольку у нее должна быть  независимая история. Независимая история от кого? Разумеется, от общерусской истории, от общерусского мира. Подход ребяческий, но если ему следовать, то фальсификация белорусской истории становится неизбежной. Отсюда возникла ныне действующая концепция истории Белоруссии, по которой Великое Княжество Литовское представляет собой первую, а Речь Посполитая вторую форму белорусской государственности.
Но если официальная историография в своих писаниях пытается сохранить видимость научного приличия и объективности, то так называемые «европеизированные» историки на страницах своей «неизвестной истории» упражняются в откровенной русофобии. Эта категория псевдоисториков преподносят Великое Княжество Литовское и Речь Посполитую в качестве белорусских феноменов и белорусской демократии. Вся эта ничего общего не имеющая с исторической наукой графомания преследует одну единственную цель – навязать белорусскому обществу мнение о том, что исторически Белоруссия развивалась вне общерусской истории. И здесь цели официальной историографии и «белорусизаторских» фальсификаторов полностью смыкаются.
Наглядное подтверждение - поддержка Институтом истории Национальной академии наук Беларуси  предложения «белорусизаторов» о присвоении скверу возле костела святых Симона и Елены имени Эдварда Войниловича, которого «белорусизаторы» пытаются изобразить меценатом, общественным и политическим деятелем, истинным христианином, знаменитым белорусским деятелем, видным представителем белорусского народа. Разумеется, там, где голова не пролазит, но можно просунуть хвост, тут как тут газета  «СБ. Беларусь сегодня». Правильно подметил Андрей Коваль, чем только не занималась Юлиана Леонович в своей статье «Единогласно!» («СБ. Беларусь сегодня», 17.06.2017). И ловким жонглированием цифр, и хвалебными дифирамбами по адресу Войниловича, но только не объективной оценкой деятельности этого польского помещика. В самом деле, «если поступать честно, то хотя бы, - подчеркивает Андрей Коваль, - организовали такой материал, чтобы приблизить читателя к объективной оценке личности и деятельности этого политика. А так получилось, что газета не жалела усилий, чтобы любой ценой ввести читателей в заблуждение и обеспечить кому-то выгодный весьма сомнительный результат» («Коммунист Беларуси», 2017, №27). Фактически данное издание занималось самой настоящей черной пропагандой, дезинформацией своих читателей. И это не удивительно, если понимать, что все «белорусизаторство» вытекает из польско-шляхетских взглядов и концепций, основывающихся именно на отрицании русскости белорусов. Так кем же был Эдвард Войнилович на самом деле и кого он представлял в Белоруссии?
Эдвард Антоний Леонард Войнилович был богатейшим польским помещиком в Минской губернии. С 1911 года - он  депутат Минской губернской земской управы от польской (католической) курии. В декабре 1918 года -   один из организаторов «Союза поляков из белорусских окраин». В 1919 году участвовал в преобразовании «Союза помещиков Минской губернии» в «Союз помещиков Литвы и Белоруссии в Варшаве».
 Во время оккупации в 1918 году Белоруссии немецкими войсками кайзера Вильгельма Эдвард Войнилович был в числе тех деятелей, подписи которых стояли под заявлением, в котором речь шла «о благодарности оккупантам за то, что они вернули общественный порядок, а также о желании отделиться от большевиков и быть с народами Запада, опираясь на сильное немецкое государство». Причём подпись Эдварда Войниловича стояла на первом месте, он же возглавлял делегацию, которая передавала это заявление немецкому генералу Фалькенхейму.
Согласно собственным воспоминаниям  Эдварда Войниловича, он считал, что уход германских оккупационных войск  с территории Белоруссии в 1918 году представлял собой самую настоящую катастрофу для местных польских землевладельцев, а в декабре 1918 года  оказался одним из организаторов «Союза поляков белорусских Кресов» (т.е. сам себя относил не белорусам, а к полякам, а Белоруссия для него и его единомышленников по данному «Союзу» рассматривалась как Кресы – восточная окраина Польши) и активно поддерживал наступление польских войск на Кресы.
13 ноября 1919 года во время заседания Сельскохозяйственного товарищества были отправлены три депеши, подписанные Эдвардом Войниловичем, в адрес тогдашних руководителей Польши, включая Юзефа Пилсудского, где выражалась благодарность за продвижение победоносных польских войск к границам 1772 года.
В записи от 13 октября 1920 года польский магнат, возмущаясь подписанием Рижского договора, пишет: «Более ста лет после разделов Польши мы сохраняли в Белоруссии католическую веру, польскую идею, национальные традиции, терпели «особые права», преследования, кровью обозначили границы 1772 года. В последнее время мы посылали в армию лучших своих сыновей, на её нужды передавали последние плоды земли-кормилицы (при этом скромно умалчивая, что эти плоды они получали не в результате своего, а в результате жестокой эксплуатации белорусских крестьян), государственному займу – всю наличность…» и обвиняет польскую сторону в «непонимании всей значимости «наших восточных земель» для укрепления государства. Таким образом, Западная Белоруссия для Эдварда Войниловича и подобных ему носителей «польской идеи» это «наши восточные земли». И далее: «Польша теряет свои земли, которые могла бы освоить благодаря политике перемещения населения из густонаселённой части», т.е. рассматривает территорию Белоруссии как объект польско-шляхетской колонизации.
А теперь давайте посмотрим его «Воспоминания», перевод с польского. Минск, 1997 г. 380с. (сокращённый перевод с польского издания 1931г.). Издание Минской римско-католической парафии св. Симона и Елены. Редактор: ксёндз-магистр Владислав Завальнюк (книга имеется в интернете на сайте “Pavet“).
Эдвард Войнилович выражает своё возмущение и сожаление по тому поводу, что «никогда Сейм Польши, созданный после разделов, не заявлял твёрдым голосом о правах Польши на границы 1772г.».
Запись от 24 октября 1920 года: «Попал на многолюдное собрание Союза поляков белорусских Кресов и узнал об утверждении Сеймом позорных условий Рижского договора. И с чего теперь начинать полякам в Белоруссии? Польская идея, пионерами которой мы там стали, не оправдала себя, поскольку сама же Польша отказалась от восточных областей…Общее собрание приняло резолюцию, в которой было отражено возмущение населения восточных земель, населения, которое использовали в расчленённой стране в деле возрождения Польши».
В записи от 2 ноября 1920 года Эдвард Войнилович отмечает, что в Варшаву приезжала делегация мелких минских собственников и мещан с петицией к Пилсудскому о включении Минска в линию перемирия. Что у этих делегатов была просьба – об убедительной поддержке Кресов. Тяжелее всего было для польского сердца услышать из их уст нарекание: «А мы, паночку, тем полякам так верили…». Хорошо известно, что Эдвард Войнилович и другие польские шляхтичи предпринимали активные  меры для отрыва Белоруссии от России, о чём он откровенно сообщает в своих мемуарах. Особенно  усилились эти попытки  после образования БССР.
Не случайно Эдвард Войнилович  явился одним из вдохновителей  так называемого «Слуцкого восстания» 1920 года, решение о котором принималось  в его доме. Исторически достоверно, что так называемое слуцкое повстанческое движение было организовано, вооружено и профинансировано польской оккупационной администрацией и командованием польской армией, которые по условиям предварительного мира (октябрь 1920 года) между Советской Россией и Польшей, вынуждены были освободить слуцкую землю. Слуцкое восстание было инспирировано польскими оккупантами сознательно, чтобы затруднить восстановление законной Советской власти и возвращение белорусов к мирной хозяйственной жизни на Случчине.  Слуцкое  повстанческое движение – это не национальное движение в истории белорусского народа, а агония разгромленных в ходе Гражданской войны и польской интервенции террористических пропольских организаций.
Закономерно, что  после поражения этого мятежа против Советской власти Эдвард Войнилович сбежал в Польшу под защиту Пилсудского.  
В этом плане польский помещик Эдвард Войнилович ничем не отличается от других польских магнатов-самодуров, издевавшихся над белорусскими и украинскими крестьянами. Взять, к примеру,  польского  князя Ксаверия Любомирского, который  был одним из богатейших помещиков на Украине. Он владел 9 городами, 179 деревнями и более 100 тысячами душ мужского пола. Ксаверий Любомирский не хотел никому и ничему подчиняться даже самому польскому королю и до такой степени опротивел самим магнатам и королю, что предан был суду, и ему угрожала банниция, то есть изгнание из страны. Тогда Ксаверий Любомирский прибегнул к покровительству Григория Потемкина, который после первого раздела Польши в 1772 году получил в свое владение белорусское Дубровно со всеми окрестными землями. В 1783 году они обменялись своими имениями. Так Потемкин стал владельцем украинской Смелы со всеми любомирскими владениями, а Любомирский господином белорусского Дубровно со всеми потемкинскими имениями. Здесь рельефно выступает все нравственное и политическое уродство польской шляхты, которая думала не о личной и государственной чести, а лишь о беспрепятственности для своего тиранства и сумасбродного поведения.    
Таким образом, инициатива о присвоении скверу около минского костела святых  Симона и Елены имени Эдварда Войниловича является прямым оскорблением национального достоинства белорусского народа, потратившего немало сил и отдавшего немало жизней в борьбе с польско-шляхетскими интервентами и террористами за свободу своей земли. Подобной инициативой определенные деятели в Белоруссии стремятся дестабилизировать ситуацию в стране, преподнести историю белорусского народа в антиисторическом духе и героизировать польско-панских угнетателей белорусского народа.
Вот объективно к чему сводится «мудрость» современных «белорусизаторов», когда они говорят о национальном возрождении Белоруссии, европейской демократии и европейских ценностях.
Послесловие. Минская городская организация Белорусского союза офицеров справедливо  обратила внимание на тот факт, что безымянный сквер, о котором идёт речь, расположен рядом с местом казни фашистами в 1942 году минских подпольщиков, в том числе Героя Советского Союза Владимира Степановича Омельянюка. О  подвиге минских подпольщиков говорят пять мемориальных досок, установленных на небольшом «пятачке» у сквера. Поэтому инициатива о присвоении данному скверу имени Эдварда Войниловича -  польского магната, прислужника немецких и польских оккупантов  есть не что иное, как оскорбление памяти белорусских патриотов, отдавших свои жизни за свободу Отечества. И если уж так  хотелось связать данный сквер с исторической памятью белорусского народа, то абсолютно справедливо было бы назвать его сквером имени  «Героев Минского подполья», а не оскорбительным для белорусов именем безмозглого (так именовали белорусские крестьяне польских шляхтичей) польского пана. В противном случае все наши пафосные речи о патриотическом воспитании молодежи, о важности идеологической работы в республике будут обыкновенным фарисейством и приведут к совершенно противоположному результату.
Лев Криштапович, доктор философских наук