Вячеслав Дианов: Причем ТУТ… НТВ? Разбираемся
Начну издалека, с предыстории. Прошло более двух лет, как меня забанил в «Фейсбуке» владелец портала Tut.by Юрий Зиссер. Забанил — за жесткую, но уместную критику редакционной политики новостного раздела его портала. Забанил за свою же личную непринципиальность. Забанил иррационально и только из-за вспышки личной злобы за указание на пруфы его двуличности.

Еврей Зиссер, который сам неоднократно публично подчеркивал свое еврейство и неоднократно выступал с жестким осуждением Холокоста и всех, кто хоть как-то преуменьшает его разрушительное значение, опубликовал на своем сайте статью неонацистского и ревизионистского содержания из националистической газеты «Солидарность». Статья эта до сих пор есть на его сайте как напоминание всем о его двурушничестве. Вот она — Міхал Вітушка — камандзір беларускіх «лясных братоў». Если кратко, автор статьи, некий Сергей Ёрш, глорифицирует лидера белорусский коллаборантов, «белорусского Бандеру», шпиона и карателя Михаила Витушку. Исходя из акцентов статьи, выделенных тезисов, становится понятно: лесной бандит Витушка должен предстать перед белорусами героем. На эту мерзкую публикацию я обрушился с критикой: несомненно, что если бы такой «герой» победил и достиг своей арийской цели, то вполне вероятно, что еврей Зиссер вместе со своей семьей сгорел бы в печи, а не был руководителем самого популярного сайта в Беларуси. Такого резкого указания на личностный и идеологический диссонанс высокомерный капиталист выдержать не мог — и я был забанен. Кстати, уже через неделю жена Зиссера раздула скандал из-за продаваемой в магазине майки halacoste, усмотрев там антисемитизм. Получается все согласно русской пословице — в чужом глазу соринку видит, а в своем бревна не замечает. Спрашивается, где ты была, когда твой муж размещал на сайте статью, прославляющую нацизм?
Продолжая традицию двурушничества, Зиссер нашел подходящих журналистов с точно с такими же иезуитскими взглядами. Вот недавно Tut.by и их «глашатай» Артем Шрайбман разразились статьей о том, что, мол, слабо Минск отреагировал на эфир НТВ, где в хамской форме указали на непоследовательность Минска в построении Союзного государства. Шрайбман своей статьей фактически призывает к вводу цензуры в Беларуси, указывая на опасность контента российских телеканалов. Призывая вместо российских телеканалов запустить в Беларуси вещание украинского ТВ, Шрайбман, видимо, хочет, чтобы белорусы привыкали к оправданию массовых убийств по примеру Одесской Хатыни, привыкали к позитивному образу «мусорных люстраций» и «коридоров позора».
Дальше — больше, Артем ничего не говорит об опасности оппозиционных СМИ, которые изо дня в день разжигают ксенофобию, а точнее одну из её форм — русофобию. Там размещаются статьи, которые демонизируют русских и Россию, и позитивные статьи о «змагарах». Свободы, хартии, рации да и сам Tut.by тому подтверждение! Вот вам, «змагар» развивает культуру, а вот тут, смотрите, в российской глубинке кто-то кому-то отрезал голову. Такой подбор новостей, их последовательность и пропорция — заранее спланированная стратегия русофобов, направленная на формирование у читателя негативного образа России в глазах белорусов.
Так что, мистер (они там все мистеры и господа) Шрайбман, может, начнем с вашего тутбая, который подрывает национальную безопасность, по моему убеждению, в разы больше, чем НТВ? Стоит ли читать белорусам ресурсы, которые занимаются откровенным прославлением полицая Витушко? Не стоит ли внести Tut.by за крайний и преступный неонацизм в список экстремистских ресурсов?
Пока же могу только призвать читателя быть бдительным. Смотрите внимательно, где и кто публикует ту или иную статью. Очень часто достаточно вбить фамилию в поисковик, чтобы понять, кто заказчик и какие идеи пытаются нам навязать. Зиссер и Шрайбман — явно вашего доверия не заслуживают.
Вячеслав Дианов
  • Автор: sidney
  • Автор: 24-12-2017, 13:01
Участие СССР в Олимпийских Играх

Человечество не вспоминало об Олимпийских играх до 1920 года... А в Советской России «забыли» о них почти на сорок лет!



Участие СССР в Олимпийских Играх

В первые послевоенные годы и в нашем спорте начались серьезные преобразования. Рос интерес к спорту молодежи, начиналась интенсивная подготовка тренеров, развивалась спортивная наука, ведущие спортсмены стали получать поддержку государства. И все это вместе взятое сразу же привело к успехам на чемпионатах мира и Европы. Наш спорт вышел на передовые позиции.
Взгляд на олимпийские соревнования изменился после победы над фашизмом в 1945 году. Отношения с ведущими капиталистическими странами, хотя и ненадолго, стали лучше. И советские руководители решились на участие в Играх 1952 года. Они должны были проводиться в Хельсинки.
Участие СССР в Олимпийских Играх

Хельсинки, Финляндия, Игры XV Олимпиады, 1952. Участвовало около 5 тысяч спортсменов из 69 стран. Команда СССР (около 300 человек) впервые участвовала в Олимпийских играх. Героем игр стал советский гимнаст Виктор Чукарин (4 золотых и 2 серебряных награды). Неожиданно для спортивного мира спортсмены СССР поделили с командой США командное первенство в неофициальном зачете.

Участие СССР в Олимпийских Играх

 
__________________________________________________________________________________

 

Участие СССР в Олимпийских Играх

Мельбурн, Австралия, Игры XVI Олимпиады, 1956. Участвовало свыше 3 тыс. спортсменов из 68 стран. Советский легкоатлет Владимир Куц победил на дистанциях 5000 м и 10000 м (с олимпийским рекордом) и был признан лучшим спортсменом. Рекордсменкой Игр по числу завоеванных наград стала гимнастка Лариса Латынина. Она победила в четырех видах гимнастической программы. Советские спортсмены завоевали наибольшее число золотых (37), серебряных (29) и бронзовых (32) медалей.
  • Автор: sidney
  • Автор: 24-12-2017, 12:56
Киевская дилемма Лукашенко

Четыре года назад в Киеве проходили первые митинги Евромайдана. Все еще было мирно, энергичные горожане собирались на главной площади столицы, протестовали против коррумпированной власти, мечтали о светлом, кружевном европейском будущем для себя и своей страны. Вскоре мирные митинги сменились столкновениями, затем стрельбой, свержением законной власти и, наконец, гражданской войной. Были утеряны территории, погибли десятки тысяч человек, а миллионы были вынуждены покинуть страну. Ради чего были такие жертвы? Коррупция только усилилась, гражданская война продолжается, уровень жизни катастрофически упал, а вступление в Евросоюз, которым манили граждан организаторы переворота, сами европейские политики обещают лишь в следующем тысячелетии.
Еще одним итогом постмайдановского четырехлетия стали испорченные отношения со всеми соседями. Поляки не могут простить Украине героизации вдохновителей и исполнителей Волынской резни – геноцида поляков украинскими националистами в годы Второй мировой войны. Венгры и румыны – дискриминационной языковой политики. Про отношения с Россией и говорить не стоит: при нынешнем режиме их нормализация невозможна в принципе.
Единственным соседом, с которым у Украины до сих пор оставались более-менее сносные отношения до сих пор оставалась Беларусь. И это – явно не заслуга украинской стороны. Более-менее сносные отношения между двумя государствами сохранялись лишь благодаря огромной выдержке Минска. Несмотря на свою эмоциональность, Лукашенко все эти годы терпел выходки украинских деятелей. Ни о какой дружбе и добрососедстве речи, разумеется не шло. Лукашенко и Порошенко – антиподы по своим взглядам и ценностям. Ничего личного, только бизнес. Несмотря на то, что партнер не вызывал никаких позитивных эмоций, он приносил дивиденды. Как политические, так и экономические. На фоне затяжного кризиса в Украине восприятие нашей страны в Европе изменилось с «последней диктатуры Европы» на донора мира и стабильности в регионе. Произошло это, главным образом, благодаря миротворческим усилиям Беларуси по урегулированию украинского кризиса, получившим название «Минский процесс». В экономике после разрыва российско-украинских связей наша страна хорошо заработала на замещении и транзите продукции, дав заработать и украинцам.
Однако прагматиков среди украинских политиков становится все меньше. Мы уже давно привыкли к явно враждебному отношению со стороны многих представителей украинского истеблишмента. Еще летом 2014 Ляшко призывал вернуть «исторические земли Великой киевской империи», среди которых называл белорусские Берестейщину и Полесье. Белорусский МИД тогда никак не отреагировал на его высказывания. Дальше – больше. История двухсторонних отношений знала и угрозу применения военной силы против белорусского пассажирского самолета и поддержку белорусских экстремистов украинской стороной и откровенно враждебную политику, направленную против проведения совместных с Россией военных учений в сентябре этого года.
Но в последние дни двусторонние отношения переживают особенно серьезный кризис. То, что украинские спецслужбы активно и недружественно действовали на белорусском направлении – секрет Полишинеля. И не удивительно, что наше КГБ решилось на операцию по нейтрализации украинской агентуры. Арест украинского резидента Павла Шаройко, действовавшего под журналистским прикрытием, стал отправной точкой конфликта.
Когда о нем стало известно, украинское медийное и политическое пространство взорвалось беспрецедентной антибелорусской истерикой. Дошло до того, что один из лидеров ультранационалистической партии «Свобода», бывший депутат Рады Игорь Мирошниченко предложил отправлять в нашу страну диверсионные группы, а действующий депутат Юрий Береза предложил запретить белорусам въезд в Украину.
Кризис этот продолжает развиваться и уже вышел на уровень глав государств, когда Лукашенко обвинил своего киевского коллегу в том, что тот придал огласке факт ареста Шаройко. Но  если сам Лукашенко полностью контролирует ситуацию в стране и способен сдержать распространение нежелательной информации, то в Украине идет жесткая борьба за власть, в которой основными оппонентами Порошенко выступают те представители «партии войны» которые стремятся взорвать Минский процесс, вернувшись к попыткам силового решения конфликта на Донбассе. Именно они сейчас развязали эту антибелорусскую кампанию. Причем если судить по комментариям в украинских СМИ, кампания эта небезуспешна. Порошенко непопулярен и неустойчив. Несмотря на то, что до конца его президентского срока остается еще полтора года, шансы досидеть его до конца сомнительны. И в условиях антибелорусской кампании, его неплохие отношения с белорусской стороной будут играть против него.
Таким образом, белорусский глава государства в своих отношениях с Украиной сейчас стоит перед дилеммой. Первый возможный выбор - углубляться в хитросплетения киевских интриг, пытаться как-то извлечь из них выгоду и надеяться, что случится чудо и после Порошенко придет хотя бы адекватный прагматик вместо волков из «партии войны», которых мы интересуем лишь в качестве младшего партнера в их «крестовом походе» против России (о чем недавно открытым текстом сказал спикер Парубий). Второй – занять подлинно миротворческую позицию (в этом плане очень перспективно недавнее предложение о введении белорусского миротворческого контингента в зону конфликта), стимулировать украинскую сторону выполнять взятые на себя обязательства по мирному урегулированию, научиться жестко отвечать на провокационные заявления украинских политиков и активнее бороться с подрывной деятельностью украинских спецслужб и праворадикальных организаций внутри страны. Думаю, именно такая политика будет на пользу, как Беларуси, так, в конечном счете, и Украине.
 
Артем Агафонов
  • Автор: sidney
  • Автор: 24-12-2017, 09:54
История успеха.
Листая старую тетрадь расстрелянного генерала, я часто задумываюсь о России и о судьбах. В том числе о нелегкой доле правозащитника. Вынужденного порой перебиваться с хлеба на воду, в ожидании согласования очередной заявки на грант ответственным куратором из ЦРУ правозащитного фонда Freedom House. «А он мятежный ищет грантов, как будто в грантах есть покой». Это слова известного поэта-диссидента Семена Штангенциркуля с Брайтон-Бич стали символом целого поколения политэмигрантов, укрывшихся в Оплоте свободы от ГУЛАГа и притеснений КГБ. До сих пор множество отважных борцов за вашу и нашу свободу находятся на голодном пайке, потому что революционеров стало много и грантов и велфера на всех не хватает. Тем более очевиден в политике Госдепа приоритет в пользу мирных демонстрантов из ИГИЛ и Аль-Каиды. Поэтому сегодня я хотел бы представить вашему вниманию историю успеха обыкновенного евроукра, добившегося всего своим трудом. На Боннэр надейся, а сам не плошай.

«Меня зовут Богдан Поросюк, родной брат депутата Рады Володимира Поросюка, героя Майдана. Когда началась заварушка, приехал к брату в 47-ю сотню самообороны Майдана. Жил в палатке несколько месяцев, вечерами с побратимами ходили по Киеву и осуществляли люстрации ватных киевлян на благо революции. После победы Майдана благодаря брату 47-й сотню досталась охрана коммерсов на Крещатике. В отличие от других сотен самообороны налог на гидность с барыгу нас был всего 20%. С братом отношения испортились, после того как наша сотня наехала на коммерса, которого он крышевал. Потом началась АТО и у меня срочно объявились дела в родном селе Свинохирка в Тернопольской области. Нужно было провести там мусорные люстрации и поставить памятник Героям Небесной сотни.
В Свинохирке было не так весело и интересно как во времена Майдана в Киеве, но зато был знакомый военком. Если всех свидомых патриотов призовут на фронт и истребят в котлах, кто будет защищать в Украине достижения Майдана? Просто отдадим Украину Орде? Поэтому я вынужден скрепя зубами наблюдать, как гибнут побратимы в Донецком аэропорту, а другим глазом наблюдал и вовремя докладывал в СБУ о местной вате и бытовых сепарах. После получения безвиза съездить в Венскую оперу и попить кофе в Братиславе не удалось – нема грошей. Никогда украинцы не жили так плохо, как при Путлере. Несколько селянам удалось уехать в Польшу в хозяйство одного богатого пана, но все завидовали Богдане Заболоцкой – она устроилась проституткой в Будапеште. Благодаря заслугам перед Майданом меня выбрали головой села. Правда пришлось с побратимами сжечь дома других кандидатов.

В это время я услышал про майнинг биткоинов, начал читать твитер про блокчейны и решил серьезно заняться этим стартапом. Решил соответствовать образу успешного биткойнмайнера, поэтому купил вейп, гироскутер, начал пить клубничный смузи, а сельскую цирюльню переименовали в барбершоп. В заброшенном подвале с побратимами устроили лофт, огородили винтажной занавеской хакерспейс и в этой ламповой атмосфере устроили коворкинг. Но на вторых целеронах майнинг биткоина шел очень туго, поэтому на меня напала легкая депрессия. Рука Кремля дотянулась и до нашей Свинохирки. Краем уха я слышал, что вышел секретный указ Путлера блокировать транзакции криптовалют, которые майнятся украинскими патриотами.
История успеха.

Ситуацию спасли заезжие цыгане. Им очень понравилась Свинохаривка, и они предложили мне сразу полтора биткоина за село. Я яростно ответил, что Украиной не торгую и попросил пять биткоинов. В итоге сошлись на трех. Моими козырями было то, что в селе помимо гусей, свиней, галичан, коз и петухов было еще три портрета Бандеры и один памятник Героям Небесной сотни. Получив от цыган на руки три биткойна, я решил вернуться в Киев, благо набор в АТО уже был закончен. Один биткойн я хотел прокутить, половину биткойна вложить во фьючерсы Форекса, а полтора биткойна использовать как вступительный взнос в команду киборгов Паши Шехтмана. Даже до Тернополя дошли слухи о бригаде киборгов Удава, Жульена, Птнпнха, Голодомора, Антихуйла, Терминатора-2, Антикотла, Геббельса и Тараса Айвазовского, которые крышевали рынок на Подоле.

Приехал в Киев и выяснил, что все биткойны были фальшивые и сделаны из некачественной меди. Пан Шехтман рассказал, что биткойны бывают либо золотые, либо распечатанные на листах формата А4. Что было делать? Возвращаться обратно я не мог, так как все документы на село были уже у цыганского барона Ратмира, который держал всю Тернопольскую область. Но киборги решили помочь мне, как герою Майдана, и забили стрелку с цыганами на заброшенном бетономешальном заводе в Борисполе. Переговоры шли долго и упорные, но в итоге Ратмир согласился обменять свои фальшивые биткойны на пакет акций индийских МММ, которые развернул там предприниматель Сиргий Мавроди. Рекламу Мавроди я помнил еще давно по телевизору, поэтому тут врядли был обмен. В итоге я получил шестьдесят процентов от этого пакета акций, а сорок забрали себя Шехтман с Удавом за разруливание стрелки. И сейчас я кручу педали на генераторе у киборгов на биткойн-ферме и занимаюсь майнингом блокчейна, чтобы собрать на авиабилеты до Индии. Киборг Жульен советует не сильно торопиться, потому что цена индийских МММ растет с каждым днем. И когда я туда приеду, буду уже мультиплатиновым миллионером. Так Майдан сделал из меня человека, а не раба. СУГС!”

С уважением, Лев Щаранский.
Архитектурный погром: как Беларусь теряла монументальное наследие дореволюционной эпохи

Двадцатый век вошёл в нашу историю как век строительства. Буквально за считанные десятилетия белорусский народ из деревенского стал городским. Благодаря политике Советской власти некогда маленькие сёла стали промышленными городами, а торгово–ремесленные местечки — крупными индустриальными центрами общесоюзного масштаба. Увы, в те годы не только строили, но и ломали. По идеологическим соображениям и просто «по глупости» были уничтожены многие памятники архитектуры имперского периода, которые, вне всякого сомнения, служили бы подлинным украшением белорусских городов…
Свято–Казанская церковь (г. Минск)
Архитектурный погром: как Беларусь теряла монументальное наследие дореволюционной эпохи


Собор был сооружен на пожертвования верующих, и освящен епископом Минским и Туровским Митрофаном (Краснопольским) в тяжелое военное время — в ноябре 1914 года (освятивший храм владыка был впоследствии расстрелян в годы «красного террора» в 1919 году).
Неовизантийский стиль храма был тогда очень популярен. Минский собор как две капли воды напоминал Христорождественский в Риге и Знаменскую церковь Вильнюса.
Располагался в центре нынешней площади Мясникова (теперь на этом месте сходятся улицы Советская, Бобруйская и Мясникова).
Архитектурный погром: как Беларусь теряла монументальное наследие дореволюционной эпохи

Тогда и сейчас
После Октябрьской революции в Свято–Казанской церкви ещё какое–то время проходили богослужения, но в 1930 году её окончательно закрывают, снимают кресты и устраивают в ней клуб железнодорожников.
Архитектурный погром: как Беларусь теряла монументальное наследие дореволюционной эпохи

Фотография 1933 года
Тем не менее столь яркое сооружение имперской эпохи всё равно кому-то мозолило глаза. В 1936 году принято решение храм взорвать. До нас дошла фотография церкви незадолго до взрыва. Фотограф запечатлел для нас утраченную святыню…
Архитектурный погром: как Беларусь теряла монументальное наследие дореволюционной эпохи

Фотография 1936 года (незадолго до взрыва)
После сноса каменной церкви большевики хотели поставить на её месте памятник Мясникову–Мясникяну. Камень с соответствующей надписью лежит на этом месте и поныне. Тогдашние руководители БССР Гикало, Голодед, Червяков, именами которых названы улицы в Минске, лично наблюдали за взрывом.
Что характерно: Гикало был расстрелян спустя два года, Голодед через год арестован, подвергался пыткам в НКВДшных застенках и во время допроса выпрыгнул с пятого этажа (можно понять, как именно с ним «беседовали»), а Червяков в том же 1937–м году был подвергнут обструкции в партии и доведён до самоубийства.
Подрывник собора Петр Григоренко позже стал диссидентом, отказался взрывать храмы. Его лишили генеральского звания, упрятали в психбольницу, в 1977 году он уехал в США. Вот такие вот интересные повороты судьбы.
После распада СССР представители Православной Церкви предложили восстановить храм. В интернете есть даже вариант того, как это будет выглядеть — восстановленная Свято–Казанская церковь и благоустроенная озелененная территория рядом с ней.
Архитектурный погром: как Беларусь теряла монументальное наследие дореволюционной эпохи

Проект реконструкции
Памятник Петру Аркадьевичу Столыпину (Гродно)
15 июня 1914 года в Гродно был торжественно открыт памятник великому государственному деятелю — Петру Аркадьевичу Столыпину, гродненскому губернатору в 1902–1903 гг., премьер–министру России в 1906–1911 гг. В бытность гродненским губернатором Столыпин открыл в губернском центре двухклассное народное училище, ремесленное училище, женское приходское училище, на селе поощрял переселение крестьян на хутора, развивал сельскохозяйственное образование, выделял средства на мелиорацию. В годы премьерства именно Столыпин настоял в 1911 году на введении земств в западных губерниях, включая белорусские (в остальных — земства ввели ещё в 1864-м).
Архитектурный погром: как Беларусь теряла монументальное наследие дореволюционной эпохи

Памятник П.А. Столыпину в Гродно
Проводимые губернатором нововведения вызывали критику помещиков. На одном из заседаний князь Святополк-Четвертинский заявил, что «нам нужна рабочая сила человека, нужен физический труд и способность к нему, а не образование. Образование должно быть доступно обеспеченным классам, но не массе…». Столыпин ответил резко: «Бояться грамоты и просвещения, бояться света нельзя. Образование народа, правильно и разумно поставленное, никогда не приведёт к анархии…»
Следует особо подчеркнуть, что средства на памятник собрали сами жители города и окрестностей.
Гродненский историк, профессор Валерий Черепица пишет: «Первый свой вклад в благородное дело в размере 25 рублей внес 25 февраля 1912 года предводитель уездного дворянства А.И. Ушаков… Общей суммы пожертвований гродненцев – 446 рублей 36 копеек – оказалось вполне достаточно для выполнения всех необходимых работ по изготовлению памятника. Крестьяне, как правило, своих фамилий в подписных листах не указывали, их заменяла стандартная запись «от лица, пожелавшего остаться неизвестным». Среди населенных пунктов упоминаются чаще всего деревни Жукевичи, Каменка, Алекшицы, Падбагонники, Голынка, Индура, Озеры, М. Берестовица, Горница, Лаша и др.»
Оккупировавшие в 1915 году Гродно немецкие войска вывезли памятник в Германию, и там его следы исчезли…
Пророссийских публицистов судят в Минске: 22.12.2017 день пятый

13:37 — На сегодня заседание суда окончено. Продолжение — 26 декабря.

13:31 — Кристина Марчук сообщает, что суды отказывали защите в обжаловании экспертизы, в то время как обвиняемый, как сегодня подтвердила Иванова, имеет право обжаловать экспертные заключения в судебном порядке.

13:20 — Адвокат Шиптенко: Вы говорили во время допроса Павловца, что о запрете георгиевской ленты можно писать либо нейтрально, либо позитивно. То есть негативно писать нельзя? Иванова отвечает, что можно, но все зависит от контекста и оценивается в каждой отдельной экспертизе.

13:18 — Вопрос Шиптенко: Что такое свободомыслие? — «Не знаю».

13:14 — На январском допросе Иванова отвечает, что должно было быть проведено лингвистическое и социокультурное исследование статей арестованных, отметила адвокат. Но сегодня Иванова заявила, что такое исследование проведено не было.

13:10 — Марчук указывает на ряд ошибок в датах документов. Иванова не может объяснить, откуда взялись эти ошибки.

13:04 — Кристина Марчук просит озвучить протокол допроса Ивановой от 19 января 2017 года, поскольку между сказанным ей тогда и сегодня, по словам адвоката, есть существенные противоречия. В частности, отметила адвокат, сегодня Иванова говорила, что эксперт не может отказаться от экспертизы, а тогда — что он может дать согласие. Иванова отвечает, что в то время она не была председателем комиссии и не все понимала.

13:01 — Шиптенко просит Иванову прокомментировать цитату из экспертизы его статей. Иванова: «Я не помню сути ваших публикаций, это было год назад». — «А я очень хорошо помню, как на основании вашего заключения меня арестовывали».

12:57 — Адвокат Шиптенко: Если бы «фоновые знания» углубились до глубокого познания и специальных знаний, могло бы быть иное заключение? Иванова: Могло бы быть. — «То есть ваши выводы носили вероятностный характер и могли быть изменены?» — «Это должен оценивать суд». — «Вы понимали что на основании вашего решения могло быть возбуждено уголовное дело?» — «Понимала».

12:51 — Шиптенко: «Сколько у вас научных публикаций по вопросам экстремизма?» Иванова: «Научных нет». — «А ненаучных?» — «Только экспертные заключения».

12:45 — К вопросам перешёл Сергей Шиптенко.

12:39 — Павловец по поводу публикации статьи о замене георгиевской ленты в Белоруссии: «У вас в заключении говорится, что это может привести к негативным последствиям для белорусско-российского взаимодействия на всех уровнях. В математике и культуре тоже? Правильно ли я вас понимаю, что писать об этом в Белоруссии нельзя?» — «Можно, но нейтрально» (Иванова). Павловец: «Как думаете, будет ли в России факт отмены георгиевской ленты воспринят позитивно?» Судья: вопрос снимаю.

12:36 — «Есть ли разница между понятием «национальная концепция» и «национальная концепция развития»? — «Не могу сказать». — «То есть вы сказать не можете, но пишете. Это разные понятия, или нет?» — «Полагаю, что разные». — «Чтобы вы знали — национальная концепция развития предполагает развитие по всем областям, в том числе экономики и культуры».

12:34 — Павловец: «Можно ли говорить, что исторические мифы говорят о мифичности истории Белоруссии?» — «Нет, наверное». — «Могут ли в истории Белорусии существовать исторические мифы?» — «Я считаю, что нет». — «Понятно. Ну, а я как кандидат исторических наук могу сказать, что да»

12:31 — Павловец: «У меня где-то написано, что День вышиванки — это плохо?» — «Ну, раз комиссия пришла к такому выводу…» (Иванова)

12:24 — Иванова: «Никому в голову не пришло, что замена георгиевской ленточки может разобщить нас с Россией. Это вы пропагандируете».

12:22 — Иванова привела цитату из чужой статьи, вменяя ее Павловцу. Суд предупредил её, что это другая статья.

12:19 — Павловец привёл цитату из одной из своих статей и попросил объяснить, где там был обнаружен «негативный контекст» и «упрек». Иванова не смогла ответить, где именно, хотя сама готовила экспертизу этого текста.

12:14 — Павловец: есть ли у меня фраза «идеей государственного национализма является русофобия»? Иванова не смогла ответить. Хотите я дам вам текст, поищите, предлагает Павловец.

12:07 — «Если я кого-то называю политически неграмотным или не разбирающемся в политике, я его национально оксорбляю? Правильно я вас понял?» — «Нет, неправильно» — «В чём оскорбление тогда?» — «Негативное высказывание в адрес белорусского общества». — «Ещё раз — когда я говорю „политическая неграмотность“, я оскорбляю человека?» — «Нет, но если это переносится на всю нацию, тогда да». — «В вашей эксперизе вы утверждаете, что я считаю официальную историю Белоруссии мифической. На основании чего вы делаете такой вывод?» Иванова говорит, что ей нужно почитать заключение, и она не может ответить. «Вы понимаете слова «исторический миф»? —  «Я понимаю слово «история» и понимаю слово «миф».

12:04 — Юрий Павловец: «Вы говорили о том, что человек должен обладать „фоновыми историческими знаниями“. Как вы думаете, кандидат исторических наук может обладать более глубокими знаниями, чем у вас?» — «Не сомневаюсь, что он обладает такими знаниями».

12:02 — Дмитрий Алимкин: «На основании частного обвинения неких людей, в частности, библиотекаря, люди находятся больше года под арестом?» Судья уточнил, в каком контексте Алимкин говорит о библиотекаре. Тот заявил, что имеет в виду квалификацию Ивановой.

11:59 — Кристина Марчук сообщила корреспонденту EADaily следующую информацию: «Я направила запросы о том, где они (члены экспертной комиссии — EADaily) находились на момент заседания комиссии — запросы им на работу. Оказалось, что в дни заседаний комиссии её члены были на работе с 8 до 11 ч, остальные — кто в командировке, кто на больничном. Деятельность Республиканской экспертной комиссии ведётся на общественных началах. То есть, если они отлучаются с работы, это фиксируется. В комиссии 21 человек. Кворум — 11. Но интересно, что по всем обвиняемым заседали одни и те же люди. А Павловец фигурировал под двумя псевдонимами — Радов и Юринцев. Но почему — то по нему было проведено только одно заседание. Как будто комиссия знала, что это один человек».

11:54 — Дмитрий Алимкин задаёт вопрос. «По образованию вы библиотекарь. Есть ли методика отличаемости языков от диалектов?». — «Нет, не знаю таких методик» — «Значит, это ваше мение? Где написано, что диалект это ругательное слово?»

11:50 — В чем заключается инкриминируемый экспертами Павловцу «особый вид воздействующего дискурса?», спрашивает адвокат. Иванова не знает.

11:44 — Адвокат Мария Игнатенко пытается выяснить, кого Иванова считает экспертом. Ответ: это лицо, проводящее оценку информационной продукции на предмет экстремизма. И это лицо, которое не обладает специальными познаниями? — спрашивает адвокат. Для эксперта, по словам Ивановой, очень важны «фоновые знания», то есть «знания окружающей среды, в которой происходит то или иное явление», «знание контекста». Что такое «фоновые знания» и «среда», спрашивает адвокат. По мнению Ивановой, это «те события которые происходят во время оценки, «например, политический конфликт». Адвокат: то есть вы политичекий конфликт напрямую связываете с оценкой публикаций? — «Не связывается, но учитывается». Какими же должны быть «фоновые знания», интересуется адвокат. «Исторические моменты, знание истории». Адвокат: как определить, знает человек историю, или нет? Как это определял замминистра информации Матусевич? — «Не знаю, как он определял». — «Кто-то из членов комиссии является историком?» — «Нет». — «А обладали ли они «фоновыми знаниями»? — «Этими знаниями обладает практически любой человек».

11:36 — К вопросам переходит адвокат Сергея Шиптенко.

11:33 — Иванова также не знала, что данные о доле населения Белоруссии, говорящем на одном из государственных языков, приведённые в публикации Павловца, взяты им из одной из аналитических статей. При это в своем заключении она допустила ошибку в цифрах, но заявила, что она носит технический характер. Кристина Марчук в связи с этим задалась вопросом, почему в ее заключении это считается технической ошибкой, а в публикации Павловца — разжиганием. Иванова не смогла ответить на это замечание.

11:31 — Общеупотребима ли при составлении заключений практика применения терминов «нормальная нация» и «полноценный народ», спрашивает адвокат. По словам Ивановой, такие термины не используются. Адвокат заявляет, что у неё больше нет вопросов.

11:24 — «Что вы усмотрели в публикациях Радова? Какие призывы вы усмотрели?» — «Пропаганду разжигания вражды и розни». — «Вы цитату можете конкретную привести?» Иванова отвечает, что автор писал о бюджетниках и жителей деревень, для которых характерна «тутэйшэсть». Её спросили о значении этого слова. Она сослалась на некую монографию.

11:22 — «Вы специалист по библиотековедению. Вы считаете свою квалификацию достаточной?» — «Я не буду отвечать на этот вопрос, потому что я включена в состав комиссии постановлением Совета министров. Раз меня туда включили, значит были какие-то основания для этого».

11:20 — Помните что-нибудь про заседание 2 декабря? — Нет, это было год назад (Не помните, и не помните, успокаивает Иванову судья). Кто присутствовал, сколько длилось заседание и какого рода велась дискуссия Иванова опять же не помнит. Она отвечает «не помню» практически на все вопросы адвоката относительно работы комиссии. Помнит лишь, что в тот день все её члены приняли решение единогласно.

11:18 — Были ли заранее оговорены сроки экспертизы по текстам Николая Радова (псевдоним автора, за которым, как утверждает следствие, скрывается Юрий Павловец — EADaily)? — В данном случае не помню. — Кто-то ставил задачу скорее произвести экспертизу? — Нет, не ставил.

11:14 — Адвокат спрашивает о рабочем времени комиссии. Иванова отвечает — с 9:00 до 18:00 ровно. Если обращение министерства было 30 ноября, а заседание комиссии — 2 декабря, был ли соблюден срок уведомления экспертов о времени заседания, хотя до этого вы поясняли, что члены комиссии должны уведомляться не ранее чем за три дня? — Ну значит не соблюден (Иванова).

11:10 — Адвокат отмечает, что согласно российский методике Кукушкиной, которая, по заявлениям белорусских госэкспертов, была применена в «деле публицистов», вопросы правового характера относятся исключительно к сфере права. «А как вы тогда можете положительно или отрицательно отвечать на вопросы правового характера?» — «Какие вопросы?» — «О том, имеются ли в публикациях признаки экстремизма» — «В какой-то мере я согласна, но мы выявляем признаки, а не приходим к выводу».- «Но вы ссылаетесь на законодательство при этом, а это вопрос права. Несут ли эксперты ответственность за свои действия? — «Чтобы нести ответственность, нужно законодательство, а у нас только положение о работе экспертной комиссии» — «Там не прописана ответственность?» — «Нет».

11:03 — «Правильно ли я поняла, что в оценке публикаций вы используете российскую методику?» — «Да». В ответ адвокат напоминает о докладе участника экспертной комиссии Кирдун, согласно которому российскую методику в белорусских реалиях применять нельзя из-за разницы в законодательствах. «Известно ли вам это?» — «Известно». — «Как вы ее применяете?» — «Мы на нее ориентируемся»."Известно ли вам, сертифицирована ли российская методика?" - «Нет, не известно». — «Вы задавались такими вопросами?» — «Нет, не задавалась».

11:02 — «Каким образом выбирается эксперт, который будет проводить исследование?» — «Назначает председатель». — «Есть возможность у эксперта отказаться?» — «Если эксперт — член комиссии, механизма отказа нет». — «А если эксперт считает, что некомпетентен? — «Нет такого механизма».

10:58 — По словам Ивановой, работа комиссии осуществляется на общественных началах. «Какое должно быть основание для привлечения стороннего эксперта?» — «Председатель привлекает стороннего эксперта по своему решению». —  «Это как-то оформляется?» — «Нет». — «Какое должно быть образование у стороннего эксперта?» — «Любое гуманитарное». — «А физкультурное подойдёт?» — «Может, и подойдёт».

10:55 — Адвокат Павловца Кристина Марчук спрашивает Иванову о стаже её экспертной деятельности. Та отвечает, что является членом комиссии с октября 2014 года. Никакого образования, связанного с тематикой экстремизма, она не получала. Кто из ваших коллег защитил диссертации на эту тему, спрашивает адвокат. Ответ: Алла Кирдун. —  «Нет, у нее была диссертация по суффиксам» — возражает Марчук.

10:52 — Иванова объясняет, что тема может преподноситься «нейтрально, толерантно», а может преподноситься «враждебно» — как, по её словам, в статье Алимкина. Приводит цитаты о «недогосударстве» и «полицаях».

10:50 — Суд начинает снимать вопросы адвоката как «некорректные». Адвокат Шиптенко протестует.

10:47 — Иванова обратилась к суду с обращением по поводу того, что адвокатом Алимкина начинается допрос ее как эксперта, в то время как она, согласно неким законодательным нормам, не является таковым. Так, она не может ответить на вопрос об источниках, на которые она опиралась при составлении экспертизы. «Вероятно, они были» — об источниках.

10:42 — Какими нормативно-правовыми актами она пользовалась как эксперт при толковании термина «экстремизм», спрашивает Иванову адвокат. У нас толкование термина определено законом о противодействии экстремизму, отвечает она.

10:30 — Судья объявляет пятиминутный перерыв.
Елена Иванова. Фото: Кристина Мельникова/EADaily.

10:24 — Защитник Павловца спрашивает Иванову, какой она заканчивала вуз. По её словам — факультет культуры и искусств БГУ, специальность — «библиотековедение». Адвокат отмечает, что эта специальность никак не связана с определением экстремистской деятельности. Иванова на это отвечает, что, согласно постановлению Совета министров, членами комиссии могут быть любые специалисты гуманитарного профиля. По её словам, она также прослушала некие дополнительные курсы. «Так что какими-то знаниями я обладаю», — утверждает она.

10:20 — Вопросы судьи: «Сколько заседаний было?» — «По всем публикациям, что я исследовала, было два заседания — в ноябре и в декабре».

10:15 — Криминальными считаются пропаганда и призывы к экстремистским действиям, поясняет Иванова.

10:11 — «Как проходят заседания?» — «По мере поступления информационной продукции на рассмотрение, председатель назначает экспертов, и их задача — проанализировать продукцию, а задача комиссии — оценить и сделать вывод. В состав комиссии входит 21 человек». — «Кто формирует перед комиссией вопросы?» — «К нам имеют право обращаться только правоохранительные органы». —  «На основе какой методики?» — «Сегодня утвержденной методики нет, поэтому мы руководствуемся положением комиссии, задача которой — выявление признаков экстремизма».

10:10 — Первым задаёт вопросы прокурор. Иванова входит в состав Республиканской экспертной комиссии с 2014 г., и с 2017 является ее председателем.

10:09 — Перед этим адвокат Шиптенко ходатайствует передать её подзащитному словарь «Политические идеологии» авторства Мельника.

10:06 — Вызывается госэксперт Иванова. Судья предупредил, что все высказывания личного характера в её адрес будут сниматься.